Команда скелетов стр. 421
Я не мог ничего придумать. Чем больше я думал, тем больше усилий тратилось попусту. Я уже начал подозревать, что встроенная в мою голову машина, пишущая короткие рассказы, или остановилась на ремонт, или безнадежно сломалась. А потом случилась гроза, описание которой вы можете найти в этой повести. Над Длинным озером в Бриджтоне, где мы жили в то время, разверзлись хляби небесные, и я настоял на том, чтобы мое семейство спустилось вместе со мной вниз (хотя мою жену зовут Табита. Стефани — имя ее сестры). Поездка в супермаркет (мы отправились туда на следующий день) также нашла место в повести, хотя мне и не пришлось ехать в компании такой одиозной личности, как Нортон: в реальной жизни в летнем коттедже, куда я поселил Нортона, живут очень приятные люди, доктор Ралф Дрюз и его жена.
В супермаркете моя муза внезапно вернулась ко мне — случилось это, как всегда, без предупреждения. Я стоял в центральном проходе, выбирая приправу для хот-догов, когда перед моим мысленным взором возникла большая доисторическая птица, прокладывающая путь к мясному прилавку; сшибая банки с ананасовым компотом и бутылки томатного соуса. К тому времени, как я и мой сын Джо встали в очередь в кассу, я уже обдумывал историю о людях, пришедших в супермаркет за покупками и оказавшихся в западне: супермаркет осадили доисторические животные. Я подумал, что получится неплохо: эдакий вариант «Аламо» в постановке Берта И. Гордона. Половину повести я написал тем же вечером, вторую — на следующей неделе.
Кирби просил рассказ, а не повесть, но написанное мною ему понравилось, и он включил ее в книгу. Я же поначалу относился к «Туману» скептически, пока полностью не переписал повесть. Особенно меня не устраивала сюжетная линия, связанная с Дэвидом Дрэйтоном (он спал с Амандой и так и не узнал, что случилось с его женой). Я решил, что здесь выбран самый легкий путь. Но, переписывая повесть, я поймал нужный ритм, который и сохранил до последней страницы. «Туман» удался мне лучше, чем многие другие повести («Способный ученик» из «Четырёх сезонов» — особенно удачный пример свойственной мне болезни: литературной слоновости).
Ключом к этому ритму стало сознательное использование первой фразы, которую я просто выдрал из блестящего романа Дугласа Фэйрбейрна «Стрельба». Эта фраза стала для меня квинтэссенцией всей повести, эдаким заклинанием из учения «дзэн».
Должен отметить, что мне также очень по душе метафора, посредством которой Дэвид Дрэйтон дает понять, что его возможности имеют свои пределы: понравилось мне и то, что повесть динамична и вызывает веселые улыбки: вы словно смотрите ее, обняв за плечо подругу (друга). И без труда можете представить себе вторую серию.
« Здесь тоже водятся тигры ». Мою первую учительницу в начальной школе в Стратфорде, штат Коннектикут, звали миссис Ван Бурен. Мы ее жутко боялись. Полагаю, если бы пришел тигр и съел ее, я бы пожал ему лапу. Сами знаете, какие они, эти дети.
« Обезьяна ». Четыре года назад я ездил в Нью-Йорк по делам. И возвращался в отель после встречи с издателями в «Новой американской библиотеке», когда увидел парня, продающего обезьянок на улице.