Комната пропащих душ стр. 2
была стоящей! Даже сейчас Форсайт непроизвольно вздрогнул, вспоминая об обряде своего посвящения и о кровавом клейме, которое отныне навсегда запечатлено на его груди.
До того как Элдон пересёк Атлантику, он мало что знал о демонологии. Теперь же этот предмет был хорошо ему знаком. Из глубин памяти перед глазами проплывали видения извращённого рая, населённого гуриями с нечеловеческими глазами, что предлагали самые мерзкие удовольствия; картины тяжёлого наркотического бреда; многое и многое другое...
Однако сейчас пришла пора реализовать полученные знания на практике: требовались деньги! Банковский счёт Форсайта был практически нулевым, а осуществлённые три года назад инвестиции провалились. Деятельность этого якобы дьяволопоклонника, Шеклтона, представлялась многообещающе интересной, и Элдон Форсайт снова улыбнулся, допив любимый коктейль. Завтра вечером всё проясниться...
Время текло убийственно медленно, но в конце концов нужный час настал. Позвонил Морли, и вот теперь они оба припарковались рядом с небоскрёбом, выходящим окнами на Центральный парк. Том Морли пребывал в приподнятом настроении.
— Думаешь, что сможешь его вывести на чистую воду? — спросил он.
— Ожидаю чего-то подобного... — с загадочным видом произнёс Форсайт.
Его серо-стальные глаза были полуприкрыты, когда домовой лифт бесшумно скользнул вверх. Там их встретил негр-слуга.
— Вас ждут? — поинтересовался тот, взглянув затем на протянутую Морли карточку с многочисленными вензелями. —
Да, сэр. А этот другой джентльмен?..
— Он в порядке. Ручаюсь за своего гостя.
— О’кей, сэр. Сюда, пожалуйста!
Они были введены в большую просторную комнату, и Форсайт не смог сдержать усмешки: чёрные бархатные драпировки скрывали стены, тусклый красноватый свет исходил от качающихся ламп-светильников, из стоящих на металлических треногах чаш-курительниц для благовоний поднимался вверх дымок с ароматом ладана. Ковер на полу, в который были вплетены кабалистические знаки-фигурки, прямо-таки пылал багрянцем. В центре находилась обширная пентаграмма. В одном конце комнаты располагался орган, в противоположном — большой чёрный алтарь.
Десяток мужчин сидели здесь и там, явно испытывая при этом дискомфорт. Большинство из них были одеты в смокинги, на лицах у всех маски-домино.
— Вас с ними разделяет зеркальная стена, — пояснил негр. — С этой стороны она прозрачна, а вот джентльмены вас не видят. Кстати, вот ваши маски...
Друзья надели их. Панель была отодвинута в сторону, и они переступили порог. Остальные посмотрели на новоприбывших, а затем отвели взгляды.
— Давай присядем, — предложил Морли. — Шоу должно начаться уже скоро.
В его манере говорить проявились какие-то нехарактерные истерически-восторженные нотки. Форсайт резко взглянул на своего спутника.
В этот момент свет в комнате приугас. Зазвучали низкие музыкальные тона — орган привели в действие. Скамейка перед инструментом была пуста, а на клавиши будто бы нажимали невидимые пальцы, извлекая аккорды Halvorsen’s Entry March of the Bojaren .
«Эта музыка скрытым в ней безумием напоминает сочинения Грига, — подумалось Форсайту, — наверняка нечто подобное постоянно звучало в мозгу Кристобаля Колона».
Инструментальный этюд завершился громким крещендо. Неожиданно перед алтарём возникла затянутая в чёрное фигура. Слабый свет придавал полноватому лицу зеленоватый оттенок.
— Это Шеклтон, — прошептал Морли.
Элдон Форсайт с интересом взглянул на хозяина этого сборища. Глава культа представлял из себя невысокого, склонного к полноте мужчину с округлым лунообразным лицом, на котором выделялись торчащие усики и козлоподобная бородка.