Компромиссы зла стр. 2
контрастный душ. Издевательство над ребенком, которого надо будить и тащить в ясли. Прогрев машины, вечный недосып жены, в котором видишь отражение собственного. А после дорога в офис по одному и тому же маршруту. Сегодня я попытаюсь сократить свой путь.
Проклятая пробка растянулась сразу за поворотом.
– Ну что же – срежем через двор, – думаю я и начинаю крутить баранку.
Мусоровоз перекрыл улицу. Возвращаюсь в проторенную колею. Ничего не сэкономил по времени, только опоздал. Девять ноль пять, я на парковке. А что, если заглянуть в кофейню и пополнить запас бодрости. Тварь я дрожащая иль право имею? Стая бродячих псов роется в мусорном баке. Заводила у них рыжая с рваным брюхом сука, я иду мимо них и она начинает рычать. Когда-то давно ее переехал автомобиль, но каким-то чудом она смогла выжить и с тех пор ненавидит весь род людской, а меня в особенности. Псина срывается на лай, а ее прихвостни подхватывают.
– Что-то не очень мне и хотелось этого кофе, выпью простого растворимого, – медленно отступая к шлагбауму, пробормотал под нос себе я.
Подходит к концу квартал и коллеги снуют по коридорам как тени, за стеной методично работает копир. Проклятая люминесцентная лампа надо мной пытается спровоцировать у меня нервный тик. Можно было бы, конечно, кинуть заявку в материально-технический отдел или самому взять стремянку, но нет, это путь слабаков, я пересижу тебя глупая лампочка, меня не сломить. Два раза заходил шеф, бросив мои отчеты с исправлениями – тонкой вертикальной чертой на полях со знаком вопроса, охватывающим несколько позиций – пойди угадай, что он имел ввиду. Хрен с ним, пересчитаю все заново.
К обеду в дверях появляется она – Надежда Петровна. Местная бабка, которая постоянно путает наш офис с Росреестром и пытается подать жалобу на покупателя ее дачи, который обманом отобрал у нее расписку о получении денег и скрылся в закат, суды она все проиграла.
Об этой истории знает весь этаж, но из чувства уважения к старости никто ее не прогоняет, а методично объясняют как пройти к адресату. Но это в общем-то бесполезно, потому что начав с ней говорить, ты узнаешь всю историю от начала до конца.
– Сегодня похоже моя очередь. – пробубнил я.
Надежда Петровна по-прежнему стояла в дверях и не решалась войти. Ее волосы под беретом были мокрыми и по ним струилась вода. «Бедняга, упарилась наверно бегать по инстанциям, пот с нее льет».
– Надежда Петровна, Вы наверное ошиблись – Росреестр в соседнем подъезде. – с робкой надеждой в голосе и с максимальным убеждающим посылом в интонациях сказал я.
– Нет, Андрюша, я к тебе. – промолвила она, хотя мне на мгновение показалось, что ее сухие поджатые губы даже не дрогнули при этом.
«Вот это поворот, сумела старая разорвать шаблон».
– И с каким же вопросом?
– Подойди к окну, эта сука добралась до твоей машины.
Не ожидал я обсценной лексики от пенсионера, но так это все было неожиданно, что невольно подскочил к окну и бросил взгляд на парковку, а следом оторопел. Проклятая стая собак, очевидно, загнала кота под капот автомобиля, и, желая достать его, оторвала бампер и терзала подкрылки. Набросив на плечи пальто, я ринулся из кабинета, когда услышал в спину: