Конан-варвар стр. 100
твоей добычи.
— Подбадривая меня, таким образом, ты не очень в этом преуспеваешь, брат.
— Я веду разговор к тому, что знал тебя юнцом и зрелым мужчиной. Не надо так на меня смотреть. Мне не ведомо, какие мысли бродят в твоем толстом черепе, и я не стремлюсь выпытывать, чем ты занимался вне моей компании, — Артус небрежно сплюнул за борт. — Однако я жалею, что не был свидетелем твоего становления. Ты, определенно, изменился с тех давних пор. Беспечность, присущая юности, прошла… но что-то должно было ее заменить.
— Я рожден в битве, — ответил киммериец, смотря на далекий горизонт. — Кром наделяет нас отвагой и хитростью. Мне приходилось максимально использовать оба качества. Большинство моих друзей и соратников умерло. По многим я скорблю. Только одну…
Зингарец тактично позволил отдаленному прибою поглотить последнее сказанное Конаном. Тем самым, Артус показал себя истинным другом, понимающим киммерийца лучше из кого-либо живущих ныне.
Немного помолчав, Конан искоса посмотрел на товарища, потом повернулся к нему лицом.
— Я не боюсь смерти, брат, хотя костлявая часто прикасалась ко мне. Но иногда становится интересно, вдруг смерть использует меня в качестве наживки, как я, например, девушку? Щадит, чтобы другие с моей помощью следовали в ее царство? Мои друзья помногу не живут. Год спустя, ты будешь знать меня дольше, чем знал мой отец, не говоря о матери. Или…
— Ты мне как брат, — Артус положил покрытые шрамами руки на плечи Конана. — Неважно, кто из нас похоронит другого первым. Я буду возле тебя не из-за призрачной надежды обмануть смерть, а потому что с тобой открыта дорога к удивительным приключениям. Люди уже слагают песни о тебе и о тех, кто находился рядом.
Конан не мог этого отрицать. Действительно «Песнь о Белит» стала популярной в Шеме, и он даже услышал ее однажды в Мессантии.
— Все же существуют более приятные пути к бессмертию.
— Ой ли? — Артус расхохотался, затем указал куда-то на север. — Халар Зим желает бессмертия, и его путь крайне не приятен. Он противен тем, кто мешает ему приблизиться к цели. Большинство народу не смело выступить против него, боясь потерять жизнь. Но своим бездействием они приближают час смерти.
— Итак, ты добиваешься…
— Что мой друг теперь меня выслушает.
— Хорошо, — кивнул варвар.
— Молодец, — пригладил усы Артус. — Скажу о тех, кого мы теряем. Нам не известны их пожелания. Конечно, можно полагать, что они не настроены благодушно.
— И?
— Но они продолжают жить в нашей памяти, Конан — улыбнулся корсар. — Получается, твоя слава — их слава, твои победы — их победы. Ты живешь как бы за них, и всегда будешь подспудно стараться обеспечить им долгую жизнь.
— С годами ты превратился в мудреца.
— А я никогда и не был дураком, — смех зингарца вознесся к небесам. — Только тебе почему-то понадобилось много времени, чтобы понять это.
Глава 26
Тамаре не составило труда разыскать Конана, из трюма доносился скрежет точильного камня. Как и предполагалось, киммериец сидел в закутке, затачивая лезвие нового меча. Безусловно, заметив ее присутствие, он не подавал виду, даже когда девушка подошла к нему почти вплотную.
— Мое нынешнее одеяние соответствует твоему вкусу? — Тамара слегка постучала по деревянной переборке.
Варвар соизволил поднять голову, синие глаза ярко вспыхнули в полумраке маленькой каюты. Пристальный