Конан-варвар стр. 6
попало, — мальчик недоверчиво тряхнул головой.
— Думаешь, нельзя? — Корин пододвинул сыну дымящуюся миску. — Вот, например, твой ужин. Ты бы мог обратить его в оружие.
Конан морщил лоб и шевелил бровями, изучая коричневое варево с плавающими в нем бобами и кусочками мяса.
— Не столь уж горячо, чтобы обварить. И миска не достаточно тяжела для смертельного удара. Я не вижу, как это сделать.
Кузнец поставил свою миску на стол и протянул руку к сыну.
— Дай-ка сюда и позволь мне показать.
Прищурившись, Конан протянул ему миску.
— Хорошо, а теперь просто посиди на месте, там у двери.
Подросток опустился на пол, а Корин уселся за стол и принялся с аппетитом поглощать свою стряпню. Возможно, куски оленины стали бы вкуснее, приправь их солью, но соль еще предстояло закупить в достаточном количестве, чтобы хватило до весны. Однако и без того, кушанье имело превосходный вкус. Внезапно, кузнецу захотелось хлеба. Такого, как пекла когда-то его жена. Ее буханки славились во всей округе. Сам он не овладел искусством выпечки, и Конан не показал никаких способностей в этом деле. Да, его сын не стремился не к чему иному, кроме того, как стать настоящим воином.
Корин расправился со своей порцией и потянулся к миске Конана. Юный киммериец сидел, вытянув вперед ноги. Одна нога слегка подрагивала, выдавая его нетерпение.
Когда мальчик начал бросать исподлобья негодующие взгляды на отца, тот, наконец, смягчился и повернулся к сыну.
— Итак, ты хочешь знать, как этим тушеным мясом можно кого-либо убить?
Конан кивнул.
— Не считая яда, еда способна убить, как убивала бы сейчас тебя, — Корин отпихнул миску к месту сына за столом. — Но не всякого.
Мальчик нахмурился.
— Что из истории о нашем разгроме аквилонцев в Долине Брайта ты помнишь? — спросил отец.
— Тогда Коннахт убил вражеского сотника и рассеял целый легион рыцарей, — лицо Конана оживилось.
— Действительно, — согласился кузнец. — Но разве ты не помнишь, что предшествовало этому? Почему аквилонцы оказались в Долине Брайта?
— Киммерийцы навязали им там бой. Они знали, что обречены и защищались отчаянно.
— Хорошо. А теперь я хочу, чтобы ты запомнил кое-что. Нечто очень важное.
— Что же?
— Твою душу волновали в детстве рассказы моего отца. И я был таким в твоем возрасте. Но теперь я желаю, чтобы ты посмотрел на эту историю глазами мужчины.
Корин прикрыл на мгновение глаза, вспоминая тот момент, когда сам обо всем узнал. Пусть и Конан узнает от своего отца. Это послужит ему уроком.
— Аквилонцы пришли на север, чтобы наказать киммерийцев за набег на приграничную область, — продолжил кузнец. — На севере они жгли деревни и вырезали жителей. Они были непобедимы, пока не достигли долины. Так что сделало их уязвимыми?
Мальчик открыл было рот, чтобы дать быстрый ответ, но поспешил его опять закрыть. В синих глазах появилась сосредоточенность. Лицо Конана превратилось в железную маску, и Корин почувствовал в груди прилив гордости. Сейчас он видел мужчину — воина, каким мог бы стать его сын и надеялся, что у него хватит сил и терпения, чтобы помочь ему на этом пути.
Серьезный взгляд Конана уперся в миску с мясным рагу.
— Ну, дед описывал рейды, совершаемые на обозы, которые следовали из Аквилонии. Киммерийцы захватывали провиант и уничтожали подкрепление. Они лишили