Кондитерская дочери попаданки стр. 10
на ноги, мой новый гнедой знакомый тут же принялся выискивать, чем бы поживиться. Увы, предложить ему какое-нибудь яблочко, или вроде того, я не могла — у самой не было в сумке вообще ничего съестного, даже зачерствевшей булочки. Когда же я, услышав урчание и собственного живота, вспомнила, что вчера тоже не ужинала, вопрос поиска завтрака стал еще более актуальным.
Благо живя с мамой до двенадцати лет, я не раз ходила за грибами-ягодами, так что умела отличить те, которые кушать можно, от тех, которые не надо. Поэтому за полчаса у меня уже было немного грибочков, горстка ягод и даже несколько мелких яиц. Вопрос теперь был в другом: все это нужно приготовить. И если ягоды можно было сесть так, то остальное сырым точно не стоило.
Осмотревшись, я взялась за поиск сухих веток для костра. Благо конь отвез меня немного в сторону от болота, так что найти таковые становилось немного более реально. Ну а затем я, сложив свои находки в кучу, подожгла их. Увы и ах, в отличие от чистокровных аристократов, мой магический дар был совсем слабеньким. Да что там, он был скудным даже по меркам среднестатистического бастарда — не повезло так не повезло, как говорится. Тем не менее, его хотя бы хватало, чтобы с легкостью разжечь в лесу костер! На котором, найдя плоский тонкий камень, поджарить грибы, вбив в них напоследок яйца. Благо оказавшиеся свеженькими, а не с уже сформировавшимися птенцами — любительницей ТАКИХ деликатесов я точно не была.
— Будешь? — спросила я у коня, но понюхав мой импровизированный омлет, тот лишь фыркнул и пошел дальше обдирать недозревшую дикую яблоню.
Позавтракав и почувствовав себя капельку лучше, я определилась с направлением и забросила сумку на плечо.
— Ты как, дальше со мной? — поинтересовалась я. Однако конь, лишь фыркнув, просто взял и побежал себе в лесную чащу по своим конским делам. — Ну ладно. Все равно спасибо! — вздохнула я, провожая его взглядом.
К счастью, до города было уже совсем недалеко, и я вошла в него примерно через полчаса. Причем к тому времени, естественно, уже выглядела так, что прохожие, завидев меня, охали и ахали, отскакивая в стороны. Еще бы! Испачканные золотистые волосы, заплетенные в уже растрепавшуюся косу до пояса, да еще и утыканные всякими веточками-листочками. Длинное парадное платье, светло-вишневый цвет которого уже порядком перекрывал цвет болотной тины. В комплект к нему — ботинки, за ночь шастанья по болотам сплошняком пропитанные грязью. Исцарапанные руки с землей под некогда ухоженными ногтями. А словно вишенка на торте — паутина, как оказалось, тянувшаяся от моего затылка.
Прекрасно осознавая, как выгляжу со стороны, я могла лишь с пониманием отнестись к горожанам, вышедшим с утра пораньше на улицу, чтобы узреть ЭТУ картину. И по памяти направилась к тому месту, где находился мамин дом. При этом надеясь, что оный там все еще стоит, и за столько лет его не разнесли по кирпичикам.
Город был не самым маленьким, тем не менее, от того места, где я сейчас находилась, идти туда было недолго.
К счастью, что дом, что земля, на которой он стоял, были в полной маминой собственности. Следовательно, после ее смерти право владения перешло ко мне. А