Кондитерская дочери попаданки стр. 28
только что случившегося ходить в одном только халатике, под которым ничего нет, было слишком неуютно). И лишь затем, выйдя к входной двери.
Увидела какую-то женщину в домашней одежде, осторожно подошедшую к моей калитке и заглядывающую во двор.
— Ох, милочка… у тебя все в порядке? — окликнула она, заметив меня. — Я живу в соседнем доме, услышала какую-то шумиху. Что-нибудь случилось?
— Да. На меня. напали. В дом вломились, — наконец проговорила я, слыша в собственном голосе испуганные всхлипы.
— Вломились?! Ничего себе! — закричала женщина, и похоже тут же забыв обо всем на свете, подскочила ко мне, приобнимая за плечи. — Так, побежали быстро, посидишь у меня, а я мужа за стражей отправлю! — затараторила соседка, и буквально выволокла меня со двора к соседнему дому. Где в двух словах объяснив своему мужу ситуацию, послала его в районное отделение стражи. А сама, усадив меня на кухне, всучила в руки чашку травяного чая.
Видимо, кровь из пореза на моем горле в самом деле привлекала немало внимания и вызывала беспокойство. Потому что первое, что сделала соседка, усадив меня за стол с чаем
— схватила перевязочные средства и принялась промывать ранку, затем наложила на шею легкую повязку, чтоб остановить все еще немного выступающую кровь.
А потом, пока ждали стражу, мы с ней и раззнакомились. Как оказалось, ее звали Дороти, ее муж работал на местном сахарном заводе, а она — на швейной фабрике. Женщина даже вспомнила мою маму. Особенно — ее сладости, которые обожала с детства. И сразу же заявила, что если я теперь тоже буду печь вкусности — становится в очередь на заказ.
Когда прибыла стража, я рассказала ночному дежурному, что произошло, и он, составив отчет, сказал, что передаст завтра это дело Тому. В то же время его люди осмотрели мой дом и прошлись по окрестностям с ищейкой, вот только безрезультатно. Словно побаиваясь чего-то, собака лишь немного поморочила всем голову, отказавшись в итоге идти по следу.
На всякий случай возле моего дома оставили дежурить до утра одного стражника. И хоть помня боевые навыки нападавшего, я сомневалась, что этот пузатик средних лет сможет ему противостоять, но все равно почувствовала себя немного лучше, чем если бы оставалась одна. Так что поблагодарив дядюшку за защиту, направилась в дом.
Как вдруг заметила, что на почтовом ящике поднят сигнальный флажок, указывающий, что в нем что-то лежит.
Странно. Вроде ведь до этого он был опущен? Неужели не заметила? Да и кто вообще мог бы мне что-нибудь прислать? Я даже местных газет не выписывала, потому что пока не могла себе этого позволить.
Нахмурившись, я запустила руку в ящик и достала из него запечатанный конверт, с которым и прошла в дом.
Тоненький. Причем, что показательно, без марки — то есть, принес его не почтальон.
Одолеваемая нехорошими предчувствиями, я распаковала конверт и достала из него единственный клочок бумаги. На котором было написано всего одно предложение:
«Не доверяй никому в этом городе!»
ГЛАВА 6. Визитеры
— Элла! — воскликнул мужчина, и в один шаг оказавшись рядом, схватил ее за руку. А она, замерев, лишь медленно выдохнула, позволяя ему переплести с ней пальцы.
— Это в самом деле лучше прекратить, — наконец проговорила девушка. — Лучше для нас обоих.