Библиотека

Конечная остановка стр. 3

Размер шрифта
-
+
Тема

ступеньку и, сделав вид, будто теряет равновесие, удачно удержался на ногах, чем полностью успокоил присутствующих. Он чувствовал себя в отличной форме. Взяв кусок мела, он с покорным видом встал у доски. Она напряженно следила за ним краешком глаза. Ей казалось, что она одержала победу, и все-таки сомневалась. Надзиратель однажды сказал ей: «Никогда не спускайте с них глаз. Не поворачивайтесь к ним спиной, когда пишете на доске, а когда задаете вопрос одному из них, старайтесь дать им понять, будто обращаетесь ко всем». И она начала, всматриваясь в напряженные липа:

— Начертите окружность с центром О…

Мел заскрипел, и тотчас в настороженных взглядах вспыхнули веселые искорки изумления. Она резко обернулась, чтобы посмотреть на работу ученика Шайю.

— Это что такое? — спросила она.

— Как что? — невозмутимо ответил Люсьен. — Окружность с центром О.

Рисунок напоминал не то картошку, не то земляную грушу.

— Немедленно сотрите.

Его приятели затаили дыхание от восторга.

— Это и в самом деле круг, — настаивал Люсьен. — Я могу даже принести вам журнал. Открытие сделали американцы. Они называют это мягкой геометрией.

И сразу поднялся невообразимый шум.

— Довольно! — крикнула мадемуазель Шателье.

Люсьен с удивленным и даже несколько возмущенным видом призвал ее в свидетели.

— Не знаю, что с ними такое… Но я говорю правду. Не я же, в самом деле, изобрел эту новую геометрию.

— Я тоже читал эту статью, — подтвердил Эрве. — В ней речь шла о серьезных вещах. Не обращайте внимания на этих балбесов. Они ничего не знают.

Он повернулся к беснующемуся классу.

— Заткнитесь, кретины!

Столь неожиданное вмешательство окончательно развеселило их.

— Первый, кто начнет вертеться… Вы меня поняли, — крикнул Эрве, передразнивая старшего воспитателя.

Его голос потонул в нечленораздельных звуках, напоминающих мычание.

— Я не виноват, — с притворным видом посетовал Люсьен.

Мадемуазель Шателье не знала, что и делать. Губы ее дрожали. Ею окончательно овладела паника. Машинально схватив сумочку, она бросила на своих мучителей отчаянный, ничего не видящий взгляд и, словно лунатик, спустилась с подиума. Выйдя из класса, она забыла закрыть за собой дверь. Такого еще с ней никогда не случалось. Воцарилось молчание. Люсьен стер нелепый рисунок, чтобы не осталось никаких следов, ничего, что можно было бы вменить ему в вину, и вернулся на свое место. Теперь они растерялись, словно малыши, сломавшие любимую игрушку.

— Ну и достанется же нам, ребята, — послышался чей-то хриплый голос.

Ждать пришлось не долго. В коридоре раздались знакомые шаги старшего воспитателя. Близилась расправа. По выражению лица старшего воспитателя они поняли, что на этот раз дело, верно, кончится плохо.

— Шайю… Корбино… Немедленно в кабинет директора.

Сообщники безропотно

повиновались. В торжественной тишине старший воспитатель долго глядел им вслед, затем обратился к их оцепеневшим одноклассникам:

— Остальные — во двор. И никаких разговоров.

В кабинет директора Люсьена с Эрве провела секретарша. Судя по ее враждебному взгляду, она уже обо всем знала. Директор и надзиратель о чем-то тихо разговаривали у окна. Директор сел; надзиратель остался стоять.

— Подойдите ближе.

Оба парня, смущенно заложив руки за спину, неловко остановились у большого стола, заваленного бумагами, классными журналами, папками. Директор был человеком холодным и немного манерным. Он неторопливо сжимал и разжимал руки, словно пианист, готовившийся к выступлению.

— Опять вы, — сказал он.

Пауза. Только из соседнего

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.