Библиотека

Конечная остановка стр. 31

Размер шрифта
-
+
Тема

имеет дело по крайней мере с двумя похитителями. Тебя высадят где-нибудь. Ты сосчитаешь до пятидесяти, прежде чем снять мешок. Бросишь его на землю и пойдешь вперед не оборачиваясь… Она до того обрадуется освобождению, что не станет сопротивляться. Итак, план вполне осуществим. Но все упиралось в машину, ибо и речи даже не может быть о том, чтобы отпустить ее на волю вблизи дома. Но о машине доктора следовало забыть. Ключей на передней панели он уже никогда не увидит. Взять машину напрокат? Исключено. Из-за документов, которые надо представить… И потом, после несчастного случая, который произошел с Эрве, Люсьен чувствовал, что у него просто не хватит духу…

Так почему же у него появилось ощущение некоторого удовлетворения? Оттого, что он не имел возможности тайком отпустить свою пленницу? Из-за записки, которую он собирается подсунуть под дверь? Из-за этой несуразной идеи вступить в переговоры? Словно в этих переговорах заключался какой-то смысл! Словно он и не подвергал себя любой опасности, стремясь продлить удовольствие, скажите на милость. А между тем он постепенно пришел к очевидному выводу: попав в водоворот событий, он более всего соблазнялся возможностью доставить бабенке — ибо она снова превратилась в бабенку — страдание, не уступавшее по силе его собственному. Страдать, так уж всем. Это по справедливости. Пускай подождет своего освобождения! Пускай поплачет, чтобы добиться его! И кто знает? Может, она согласится молчать, чтобы положить конец этому кошмару. Когда она узнает правду — ибо рано или поздно это должно случиться, — возможно, она проникнется жалостью к Эрве? Бедняга Эрве! Чем тяжелее окажется его состояние, тем больше шансов разжалобить затворницу.

Люсьен с силой прижал к глазам ладони. «Неужели я чудовище? — вопрошал он себя. — Я! Я! На мне свет клином сошелся!» Однако получалось так, что вроде бы забрезжил крохотный огонек во мраке. И идея подсунуть под дверь записку… или, если понадобится, несколько записок… эта идея, не такая уж в общем-то безумная, пришлась ему по душе. Это послужит как бы началом диалога. А ему так хотелось поговорить, заставить пожалеть себя! Ведь в конце-то концов, с этой женщиной не так уж плохо обращались. Неужели она станет искать мести, когда узнает, что не совсем уравновешенный парень, притом ее ученик, находится в смертельной опасности?

Люсьен вздрогнул. «Да нет же! Он вне опасности. Что я такое выдумываю! Ведь правда, Эрве, ты вне опасности? Ты не сделаешь мне такого. Не бойся. Уж я постараюсь разжалобить эту тварь!» Конечно, все еще предстояло уладить. Зато ничего не потеряно окончательно.

У гаража остановилась машина. Люсьен включил свет. В

контору вошла белая как мел Мадлен Корбино.

— Ну что?

— Дело серьезное, Люсьен. Он все еще в коме.

Это слово поразило его в самое сердце. А она продолжала, с трудом сдерживая слезы:

— Нам отказались что-либо сообщить. Хирург ничего не хочет прогнозировать. Мама осталась там.

— Но его спасут?

— Не знаю.

Она села. Рыдания душили ее.

— Ваш отец у себя? — заикаясь, спросила она.

Люсьен посмотрел на стенные часы, вделанные в шину фирмы «Мишлен». Рекламные часы приобрели внезапно какую-то торжественную значимость. Они показывали около восьми часов.

— Он наверняка еще не вернулся.

— Как только он придет, расскажите ему обо всем. Попросите связаться с больницей. От

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.