Контрабандист стр. 91
от усталости и снова вставая. Не сбавляя скорости, они влетели в черепахообразный салон эвакуатора, и машина рывком оторвалась от земли, унося их от неведомой опасности. Вокруг меня все как один аплодировали и шумно радовались. Я тоже на всякий случай пару раз ударил в ладошки.
– Ну, слава богу, еще двоих отбили, – сказал Сологуб, энергично хлопая кого-то по плечу.
Тут его взгляд упал на меня. Он в мгновение ока оказался рядом, снова ткнул мне в грудь пальцем.
– Спустишься в лагерь, найдешь расположение отряда «Оса». Отряд специальных операций – ОСА. Запомнил?
– ОСО, – сказал я.
– Что «осо»? – нахмурился полковник.
– Отряд специальных операций – это ОСО. Если пограмотному.
– Послушай, ты, грамотный! Спустишься в лагерь, найдешь расположение отряда «Оса». Там спросишь майора Грошера, это мой зам. В первую очередь переоденься, а то ходишь тут, как Санта Клаус… Сегодня вечером брифинг по поводу новой вылазки в Темный круг, ты должен там быть.
– А-а… – заикнулся я, но полковник меня даже слушать не стал.
– Все вопросы к Грошеру. И учти, у нас тут ученых не очень любят.
– Да я не ученый…
– Бездельников из правительства еще больше не любят, – и он умчался, как торнадо.
А я отправился к майору Грошеру, размышляя, кем мне надо стать, чтоб меня хоть кто-то полюбил.
Федеральная колония Гарсия,округ Лавансаль, расположение отдельногомиротворческого корпуса «Радуга»,тот же деньПереодевшись в пятнистую форму, я ощутил себя героем маскарада. И тщетно пытался себя убедить, что, наоборот, замаскировался под цвет окружающей действительности и соответствую моде.
Впрочем, слышал мнение, что старые солдаты так же нехорошо себя чувствуют в гражданской одежде.
Отряд «Оса» оказался совсем небольшим, всего около тридцати человек. Зато все, включая пилотов и связистов, – офицеры, из чего я заключил, что передо мной самая что ни на есть элита.
Перед началом брифинга майор Грошер отвел меня в сторонку и предупредил:
– Я понимаю, что тебе придется рассказывать странные вещи, но ты не тушуйся. Ребята у нас с мозгами, а кроме того, они в общих чертах ситуацию знают. Поэтому будь точным и внятным.
– Что именно знают ребята? – уточнил я.
– Знают, что Темный круг – это территория, где действует какое-то поле. И оно, это поле, как бы искажает восприятие реальности. Так что к странностям они готовы.
Я тяжело вздохнул.
– Да нет, ваше благородие, ни черта они не готовы. Вы их специально решили не пугать перед вылазкой?
– В каком смысле?
– В таком, что это вовсе не поле. И оно искажает не восприятие, а саму реальность. И не просто искажает, а напрочь корежит, месит, дробит на части и лепит по-новому.
– Вот-вот, так им и скажешь. Просто ты у нас почти единственный свидетель, который хоть что-то видел и соображает.
– Это я-то соображаю? – я прямо-таки возмутился. Нашли, понимаешь, на кого складывать ответственность.
Но Грошер не желал слушать мои доводы. Ему уже сообщили, что наконец прибыл крупный специалист по космическим аномалиям, и он, как военный человек, информацию командования усвоил каждой хромосомой.
Вскоре выяснилось, что главным докладчиком на брифинге буду вовсе не я. Из госпиталя доставили разведчика – одного из тех, кому удалось выбраться накануне моего прилета. Он был одет в синий больничный комбинезон и явно находился под препаратами. Его