Контрмеры стр. 148
Из «настоящих» следует обратить внимание прежде всего на военных гигантов: мисаны (линкоры) и лауты (авианосцы). Первые отличаются мощнейшим бортовым вооружением и системами многоуровневой защиты; мисаны новейших серий служат матками для малых судов, но эти суда не способны к полётам в проколах. Лауты защищены не хуже мисанов, но их атакующая сила — не батареи мощных орудий, а истребительные звенья стайгеров, в кабинах которых сидят Владеющие. Стайгеры сами по себе способны прокалывать пространство. При этом, начиная с четвёртого поколения, на вооружении у них имеются орудия прямого удара, поражающие мишень сквозь многомерность на расстояниях порядка 50-500 мега-метров (аналогичные орудия мисанов значительно дальнобойнее и мощнее); стайгеры пятого поколения могут перемещаться в пространстве подобно Высшим мгновенно («быстрый» прокол). Нынешнее поколение боевых машин, шестое, способно совершить до четырёх «быстрых» проколов подряд, нанести прямой удар по цели на дистанции до двух гигаметров, если пилот достаточно силён и искусен, а радиус их автономных действий ничем не уступает таковому для крупных кораблей. Единственное прямое ограничение — конечный ресурс систем жизнеобеспечения. Кроме того, как любая сверхсложная конструкция, стайгеры нуждаются в регулярном профессиональном техобслуживании; нельзя сбросить со счетов и тот факт, что таланта для уверенной одиночной навигации в проколе хватает далеко не всякому военному пилоту, да и малая масса стайгеров не позволяет им разогнаться по-настоящему. Поэтому для межзвёздных рейдов отдельно от лаутов стайгеры используют редко.
Как нетрудно догадаться, в адмиралтействе виирай имеются сторонники двух доктрин, линейной и истребительной. По большому счёту спор доктрин сводится к выбору между мощью и точностью, между нанесением тотального удара и эффективными точечными уколами. Строительство мисана «Громовержец», этакой летающей авианосной крепости, стало компромиссом между двумя доктринами.
О подрасах виирай и расовой психологииВ первом приближении подрасы являются отдалённым аналогом народностей. Хотя деления на расы как такового у виирай нет, и все они выказывают куда большее единообразие внешности в сравнении с людьми, их общество на этом уровне всё же не монолитно. Каждая подраса отличается от остальных не столько генотипом и фенотипом, сколько традициями, стилями поведения, иногда — языком. Последнее напрямую указывает на то, что вариативность подрас не замыкается на эмоциональном аспекте, но достигает и уровней сознательного мышления.
Термин «подраса» (или субраса) имеет смысл только в обществе, где все обладают хотя бы зачаточным пси. С изрядной натяжкой можно сказать, что подрас у виирай столько, сколько вариаций имеется у общего для виирай коллективного бессознательного. В частности, канрины неуловимо напоминают ортодоксальных иудеев, сосредоточенных на абстрактном и формальном. Их противоположность, ситау, похожи на жителей фронтира: грубоватые, очень практичные, ценящие в первую очередь умение работать руками, извлекать из всего прямую выгоду и не отчаиваться при неудачах. Очень много виирай, имеющих отношение к искусству, принадлежит к подрасе тилех. Про них говорят, что даже в лисар тилех ведут себя, как в силпан — и отчасти это правда, ибо сексуальность, в период лисар у среднего виирай почти замирающая, у многих тилех проявляется почти с той же силой, что и у людей.
А вот для ферсай — доминирующей подрасы, к которой принадлежит и Сарина, и вообще большинство действующих лиц романа — подобрать хотя бы отдалённую аналогию сложнее. Рационалисты во всём, что можно потрогать и увидеть, включая проявления