Библиотека

Контрмеры стр. 91

Размер шрифта
-
+
Тема

поправки на фактор пси, я — просто сотрудник специальной службы. Вроде полицейского. Работаю за зарплату.

— Не всё так просто, — живо возразила Сарина. — Полицейский, помимо денег, получает и эмоциональное подтверждение своей значимости. Власть в пределах данных полномочий, сознание своей исключительности, стремление защищать и ограждать… я права?

— Ты же знаешь, что права. Мой ум для тебя — что раскрытая книга.

— Только если ты разрешишь в нём читать.

Кэп поморщился.

— Давай-ка без этих штучек! Все мы прекрасно знаем, что и я, и Марсия выступаем не в том весе, чтобы помешать тебе копаться у нас в мозгах. То, что ты делаешь это незаметно, говорит о твоём мастерстве, и только.

— Я этого не делаю!

— Разумеется, — лёгкая саркастичная ухмылка.

Сарина вздохнула.

— В порядке информации. Среди виирай Владеющим является только один из двадцати, и большинство гораздо слабее меня. Как вы думаете, долго ли сможет существовать цивилизация, если её Владеющие ведут грязную игру вроде той, которую ты мне приписываешь?

— Как вы ведёте себя друг с другом — это одно, — бросила Марсия через плечо. — И лично меня это волнует весьма слабо. А вот как ты поступишь с нами, это уже совершенно другое.

— Нам следует считать себя военнопленными? — спросил Кэп.

Владеющая поморщилась.

— Что за трогательное единство! Ну и оставайтесь при своём мнении. Сейчас я не могу с вами возиться: мало времени. Поговорим на борту мисана.

— Что будем делать?

— Тише, ты!

— Не перегибай. Или за нами действительно наблюдают, и тогда не важно, что мы говорим и даже что думаем, или…

— Никакого или.

— Ну, пусть так. Но вопрос остаётся. Что нам делать?

— А не знаю! Я пока что жить хочу…

— И я тоже. Значит, смотрим, слушаем, запоминаем…

— И ничему не верим.

— Ничему?

— Да ты оглянись!

Кэп Эвар послушно оглянулся.

…диковатый, заросший незнакомыми, но красивыми растениями парк. Сквозь тёмную зелень свежей листвы бликует небесная глубина. Солнца не видно, но недостатка в свете нет. Ветка ближайшего дерева покрыта листьями и крупными, роскошными до бесстыдства ало-розовыми цветами. Запах этих цветов — пряный и сладковатый — пропитывает почти неподвижный воздух. Вот какое-то крупное мохнатое насекомое густо-синего цвета село на край чашечки цветка. Деловито пролезло внутрь, выбралось, с басовитым жужжанием перелетело к соседнему цветку…

— Да уж. Верить в эту растительную идиллию я не стану точно. Это ведь иллюзия?

— И ещё какая. Потрогай!

— М-м? И верно. Как в рекламе: «Словно настоящее и даже лучше».

— А теперь посмотри туда.

— …что? Быть не может!

— Значит, может. Это Риель Асьеннон собственной персоной. И физиономии стоящих около неё довольно знакомые, не находишь?

— Нахожу. Интересно, что ей впаривает эта наша Сарина?

— Она не моя! И не твоя!

— Пусть так. А давай подойдём и послушаем.

— Ты что, ребёнок?

— Я — нет. Причём давно. И я хочу знать, что происходит!

— Ну, тогда рискнём…

Рон Гайлэм был, наверное, единственным разумным на всём сводном флоте, не имевшим понятия ни о ходе переговоров, ни об атаке на систему Тримеля. Сидя в своей каюте на борту «Росомахи», он усердно заучивал глагольные формы. Стоящий на столе компакт негромко бормотал на несколько голосов, приучая человека к принятым у виирай нормам произношения. По экрану при этом бежали составленные из крупных символов строки.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.