Библиотека

Корабль Древних стр. 203

Размер шрифта
-
+
Тема

тебя, Дирив. Пора нам снять маски. — А потом он заплакал, потому что понял: Дирив мертва или навек потеряна для него, и детство его сожжено дотла.

В конце концов они решились сделать ему инъекцию адреналина.

— Ты ускользал от нас, господин, — объяснял Пандарас. — Вот Тамора это и предложила.

— Это был шок, — бросила Тамора. — Я уже видела такое. Лекарство действует на большинство рас.

Элифас кивнул:

— Хранители всех нас сотворили по своему образу и подобию, до самых мелких деталей.

— Чувствуется, что на твое племя у них времени не хватило, — пробурчала Тамора.

Йама уже сидел на краю койки, хватаясь за нее при каждом взлете и падении корабля.

— Я позвал их, а потом они стали звать меня, — начал объяснять он. Они сильнее меня. Сильнее и мудрее. Мне бы поговорить с ними еще, они так много знают.

Дверь каюты с грохотом распахнулась, в проеме возникла капитан Лорквиталь, вместе с нею ворвался ветер и посыпались брызги. На Лорквиталь была клеенчатая накидка, с которой водопадом стекала вода прямо к ее голым ступням. С трудом прикрыв дверь, она взглянула на Йаму и сказала:

— Значит, адреналин тебя не убил. Некоторые расы этого не переносят. Сердца их разрываются, а иногда распухает язык и душит своих хозяев. Элифас говорит, это ты вызвал шторм.

— Холодное течение больше не поднимается, — объяснил Йама. — Я думаю, шторм скоро пройдет. Он может потопить «Соболь»?

— Я бы не стала его испытывать.

— Я ничего не могу сделать, — с сожалением произнес Йама. Он ясно увидел, что капитан Лорквиталь ему не поверила, и, кроме того, понял, что эта смелая умная женщина боится его самого больше, чем любого шторма. Она коротко кивнула и быстро вышла.

Шторм бушевал всю ночь, весь следующий день и стал утихать только на утро третьих суток. Когда вскоре после рассвета Йама вышел на палубу, то Фалерус, который чинил поломанные поручни, отвернулся и оберегающим жестом коснулся горла.

Шторм гнался за «Соболем» по пятам. Теперь дальний берег находился всего в лиге по правому борту. Он представлял собой путаницу каналов, змеящихся между зелеными отмелями и густыми кущами мангровых лесов. Старая береговая линия выглядела невысоким обрывом, обнажившимся много лет назад из-за падения уровня реки, теперь он темной линией извивался далеко за мангровыми зарослями, подрагивая и мерцая в раскаленном мареве воздуха. «Знак моего рождения», — подумал Йама и в который раз уже задался вопросом: не является ли он на самом деле разрушителем мира, а вовсе не его спасителем? Солнце едва проглядывало сквозь тонкую пелену облаков, но было очень жарко и от палубы поднимался пар.

Лорквиталь нигде не было видно, но Йама нашел Агиляр. Она помогала Анчиалю и седому рабу убирать покрытые защитной пеной детали машин в трюм. Из-за шторма весь груз сместился.

— Моя мать спит, — объяснила молодая женщина и бросила на Йаму тяжелый, вызывающий взгляд. — Она оставалась на палубе практически весь шторм. Думаю, она всех нас спасла.

— Если бы я мог прекратить шторм, я бы это сделал, — сказал Йама.

— Ты околдовал мою мать, — заявила Агиляр, — но не все из нас поддались твоим чарам.

— Я только просил меня перевезти и, кстати, заплатил за это. На что ты там смотришь?

Агиляр привязала электрический фонарь к веревке, и

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.