Король на площади стр. 6
года — всего два года моей жизни! — а кажется, их хватит, чтобы весь век мечтательно перебирать жемчужины драгоценных воспоминаний…
Даже Джок притих, сидя на своей жердочке и глядя на меня то одним, то другим поблескивающим глазом.
— Ты была там счастлива?
— Да…
И когда успел наступить вечер? И отчего это я так разговорилась? В первый раз поддалась обаянию Кароля — одного из тех редких людей, кто умеет по-настоящему слушать. Надеюсь, что и в последний — слишком уж это неожиданно… И опасно.
Кароль скрестил на груди руки и уставился невидящим взглядом на солнце, погружавшееся в море. Произнес веско, как будто вынес решение суда:
— Я не могу вернуть тебя в те дни, не могу оживить твоего мужа, но у тебя по-прежнему остается твой талант.
И самообладание. Дар и самообладание — вот что неустанно повторял нам Гилмор. Дар, слава небесам, меня не покинул, а вот самообладание… Последнее, как я уже убедилась, могло испариться в самый неподходящий момент.
Я слегка улыбнулась.
— Да, и он кормит меня. Хвала гостеприимному королю Силверу, распахнувшему двери торговцам и любопытным иноземцам!
Натюрморты, городские сценки и пейзажи и впрямь расходились удивительно быстро, я даже смогла начать понемногу откладывать деньги.
Кароль не откликнулся на мою улыбку, продолжал смотреть изучающе.
— Твой учитель говорил про одержимость, — напомнил мне мои же слова.
Ох нет, хватит на сегодня откровений и воспоминаний! Да и на будущее — не следует поддаваться сочувственному интересу Человека С Птицей. Уж не знаю, для чего он собирает жалобы всех несчастных и обиженных, но от меня ему жалоб не дождаться. Сама постелила себе постель, сама на ней и сплю…
— Да и ты тоже, как я посмотрю, одержим — только своим ненасытным любопытством, — заметила я, взваливая на плечо сумку. — Ищи себе улов в другом месте, площадный король!
Кароль поднялся следом.
— А что, мне нравится мой новый титул! Король на площади! Пошли, Джок, проводим нашу
принцессу-художницу!
Глава 3В которой речь идет о портретеЯ отложила кисти, встряхнула уставшими руками. Заказанный морской пейзаж был почти готов. Конечно, он не вызовет слез, но покупатель останется доволен и порекомендует меня столь же щедрым знакомым… А вот бухту я так и не начала — все собиралась и откладывала, хотя та просто стояла перед моим внутренним взором. Впрочем, и Кароль не напоминал о заказе.
Я услышала знакомый мягкий смешок и подняла глаза. Вышеупомянутый площадный Король стоял неподалеку, разговаривая с горшечником Акимом. Одна нога упирается в парапет фонтана, локоть на колене, длинноносый профиль четко выделяется на фоне белой стены… Мои пальцы сами потянулись за углем.
Я уловила момент, когда Кароль заметил, что его рисуют, и начал позировать: голова выше, спина прямее, плечи расправлены. Да еще провел рукой по растрепанным темным волосам, приглаживая и откидывая их с высокого лба…
Когда он пошел в свой привычный обход площади, останавливаясь там, заговаривая здесь, пересмеиваясь тут, я продолжила рисовать уже по памяти.
…Джок приветственно свистнул над самым моим ухом, и я опустила уголь. Кароль навис надо мной, то так, то эдак склоняя голову, — рассматривал стремительные зарисовки. Сильная кисть руки с набухшими венами, прищуренный глаз, изогнутые густые брови, крылья острого носа, выразительный узкий рот, упрямый подбородок,