Король-ворон стр. 179
Гэнси, который всегда излучал юношеский оптимизм и целеустремленность. И Гэнси, охваченного все возрастающей тревогой. И этого Гэнси, которому придется умереть. В этом был некий фатальный смысл. Им нужна была чья-то смерть, чтобы спасти Ронана и Адама. Поцелуй Блу был смертелен для ее истинной любви. Смерть Гэнси в этом году уже предсказана. Это должен быть он. Это всегда был он.
Глендауэр был мертв. Он всегда был мертв.
А Гэнси, в общем-то, хотелось жить.
Вскоре Гэнси услышал звук приближающихся шагов. И это тоже было ужасно. Он не хотел, чтобы они видели его заплаканное лицо, не хотел, чтобы они жалели его. Сама мысль об этой жалости и нежности, выказываемой из лучших побуждений, была такой же невыносимой, как и мысль о его неминуемой смерти. Впервые в жизни Гэнси понимал, что чувствует Адам Пэрриш.
Он расправил спину и встал на ноги со всем достоинством, которое мог найти в себе. Но это была всего лишь Блу, и в том, что она видела его таким, почему-то не было ничего унизительного. Она просто смотрела на него, пока он отряхивал еловые иголки со штанов, а потом, когда он присел на край стола для пикников, она уселась рядом с ним и ждала, когда остальные подойдут посмотреть, чем они здесь заняты.
Они стояли полукругом вокруг его импровизированного трона.
– Насчет этой жертвы, – начал Гэнси.
Они почему-то молчали. Может, он не произнес это вслух?
– Я, кажется, что-то сказал, – повторил он.
– Ага, – ответила Блу. – Но мы не хотим это обсуждать.
– Прошу прощения, если это элементарный вопрос, – перебил ее Генри, – просто я слегка опоздал к началу урока. Но, может, твой отец-дерево дал тебе какой-нибудь совет, как убить демона?
– Он сказал только о жертве, – ответила Блу. И осторожно добавила: – Мне кажется… он мог знать о Глендауэре. Может быть, не все время. Но он мог об этом догадаться, пока бродил по окрестностям уже после того, как сошелся с моей матерью, или, может, вообще с самого начала. Но мне кажется, он был одним из чародеев Глендауэра. И, возможно, тот… другой, тоже.
Она имела в виду труп, который они нашли в гробнице. Ее версия истории звучала вполне правдоподобно – Артемус попытался усыпить Глендауэра и допустил какую-то ошибку.
– Значит, остается только жертва, – настойчиво повторил Гэнси. – Или, может, у тебя есть какие-то идеи, Адам?
Адам, нахмурившись, смотрел на редкие сосны, росшие вокруг зоны для пикника:
– Я пытаюсь вспомнить, что еще могло бы задобрить силовую линию, но слова «добровольная смерть за недобровольную смерть» не оставляют особых вариантов для замены.
Гэнси ощутил холодок ужаса в животе:
– Значит, это все.
– Нет, – вмешался Ронан. В его голосе не было протестующих, сердитых или грустных ноток. Он просто сказал «нет». Констатировал факт.
– Ронан…
– Нет, – и снова тот же ровный тон. – Я вытащил тебя из той ямы не для того, чтоб ты сейчас умер нарочно.
Гэнси ответил таким же ровным тоном:
– Блу видела мой дух на силовой линии, так что я уже знаю, что умру в этом году. Принцип бритвы Оккама предполагает, что