Королевская кровь. Сорванный венец стр. 566
руки, понес в номер.
— Я думаю о тебе, Светлана, — прорычал ей на ухо, а она грустно покачала головой. Он тоже начинал злиться, ведь он помог ей, а она не оценила, да еще и накричала за что-то непонятно-женское.
— Ты о себе думаешь, — сказала она тихо, когда Четери уже занес ее в номер, стал нетерпеливо срывать с нее и себя одежду, зная единственный способ помириться и доказать ей, как сильно он о ней думает. Девушка покорно поднимала руки, переступала через юбку, но опять не глядела на него, и от этого внутри что-то скручивалось и болело.
Унял желание, потянул к себе, усадил на колени и начал гладить по спине, так, как она любила.
— Света-а-а, посмотри на меня. Чего ты хочешь?
— Тебя, — призналась так же тихо и печально, поднимая на него серые глаза.
— Так я же здесь, — Чет нетерпеливо уткнулся ей в плечо, провел языком, поцеловал, сжал руками бедра, притягивая к себе.
— Это ты сейчас здесь, — прошептала девушка после долгой паузы, совсем неслышно.
Он понял, напрягся.
— Светлана, Светочка. Я же ничего не обещал. Я думал, ты понимаешь.
— Я все понимаю, — сказала она уже спокойно и улыбнулась. — Не переживай, я просто устала. Обними меня крепче, Чет.
И он обнял, и поцеловал, и долго, сладостно любил ее, пытаясь вернуть былую легкость их отношениям, но они вдруг перестали быть игрой, и болезненная нотка ее будущего одиночества неприятно колола его, не позволяя полностью и безудержно, как раньше, отдаваться настоящему.
Светлана в тот вечер не пошла в библиотеку — все государственные учреждения были закрыты. Вместо этого она побродила по улицам, заглянула в маленький, совсем не богатый храм, где статуи богов были в половину человеческого роста и стояли не на земле, а в специальной нише, на возвышении.
Там девушка долго молилась о том, что известно только ей одной, а Богиня Воды и Любви ласково смотрела на нее чуть раскосыми
глазами и немного укоризненно косилась на Белого Целителя Жизни. Но, возможно, Свете это только казалось.
И после храма она не вернулась в гостиницу ждать своего дракона, а села на автобус и уехала на окраину города, к родителям. Еще днем звонила, спрашивала, все ли в порядке, и папа с мамой ее успокоили. А потом поняла, что очень соскучилась, и решила приехать.
Обеспокоенные долгим отсутствием дочери, ее добрые и такие домашние родители поили дорогую гостью самодельным травяным чаем с ягодами, собранными летом, кормили приготовленными папой пирожками, обнимали, расспрашивали о работе и немного волновались из-за ее отстраненности. Спать она легла в своей детской, и снился ей белый тусклый город, занесенный сыпучим песком, шепчущим ее имя, и по-матерински обнимающая ее Синяя Богиня, прохладная и текучая, которая гладила Свету по волосам и обещала, что у хороших девочек все обязательно бывает хорошо. А уходя из сна, Богиня-Вода вручила ей тонкий тяжелый ключ, очень похожий на тот, что был вплетен в волосы Нории-Валерия, который льдинкой поместился в Светиных ладошках и медленно там растаял.
Четери, дождавшись осенней ранней темноты, привычно воспарил с крыши в расцвеченное фейерверками небо, отправившись на поиск Владыки.
Нории, совершенно голый, сидел на крыше дворца, и Чет, обернувшись, приземлился чуть позади.
— Не удалось ее увидеть, — сказал