Кости и камни стр. 32
все магия темных очков.
– Ему можно доверять?
– Конечно. Он делает много глупостей, но если кому и вредит, то только себе.
– А второй брат, Фредерик? Какой он?
– Он не принимает многие вещи так близко к сердцу. Он более собран, рассудителен и хорошо контролирует себя, а зачастую и всех вокруг. Но с чего такие вопросы? Я рассказывала тебе о братьях.
– Да, но тогда же я не знала их самих.
Действительно, Анабель много рассказывала о своих братьях и о себе, как и Офелия много рассказывала о сестре – и брате, который учился там же. Так они и познакомились с Тобиасом. Но с тех пор многое изменилось. И они не говорили о Тоби… с того самого дня. Анабель знала, что это неправильно, знала, что нужно поговорить об этом с Офелией, но не могла себя заставить. Слишком свежая рана.
К тому же, Офелия никогда не была так близка с братом, как с сестрой. Возможно, дело в том, что Тобиас сводный брат, он жил с отцом и его второй женой, они-то и оплачивали его пребывание в университете. Офелия же и Фэй остались с их общей матерью.
Анабель медлила у шкафа, и Офелия как будто поняла, о чем та думает. Раньше, чем это осознала сама Анабель.
– Ты же хочешь туда заглянуть. Давай.
Нерешительно Анабель действительно подошла к шкафу и нажала на несколько книг. Нехотя, неторопливо шкаф отъехал в сторону. Старые механизмы, которые когда-то установили братья по просьбе сестры, явно приходили в негодность, стоило попросить его или Винсента посмотреть и подправить их. Анабель давно не заглядывала в свое хранилище, но это не значит, что оно ей не нужно. Скорее, она сама боялась того, что ей открылось.
Свет из комнаты безжалостно высветил нишу с полками. Не такое уж большое углубление в стене, заставленное всевозможными предметами и завешенное пылью. Тут были мутные банки с формалином, кости и еще множество странных предметов.
– Наконец-то я его увидела.
Анабель и не заметила, как за ее спиной оказалась Офелия. Тонкие белые руки легли на плечи Ани, а снежные волосы щекотали ей шею. Губы Офелии были так близко к ее уху, что она слышала ее слова, бывшие не громче шепота, дуновения ветра:
– Твой маленький музей смерти.
Отпустив Анабель, Офелия приблизилась к банкам. Смахнув с одной из них пыль, она с любопытством посмотрела на уставившиеся из мутной жидкости глаза.
– Какие выразительные. Кому они принадлежали?
– Теперь они принадлежат мне.
Офелия негромко рассмеялась и оставив плавающие глазные яблоки в покое, стала изучать другие предметы. Анабель протянула руку и взяла кость. Протерев ее подолом футболки, она тщательно почистила вырезанную надпись.
– Твоя Башня рухнет, когда тебя будет соблазнять Дьявол, – прочитала Офелия. – Твоего первого возлюбленного?
– Да, это кость Лукаса.
– Он был Дьяволом?
– Еще каким.
Уехав из дома, иногда темными ночами в университете, Анабель думала, какой была бы ее жизнь без Лукаса. Если бы ей, как и братьям, пришлось повзрослеть куда быстрее и болезненнее, заняться делами семьи, а не проводить время в ворохе кружева, женщине-ребенку, образ которой так старательно лелеял и поддерживал Лукас.
Какой бы она стала без него? Кем была? И где была?
Единственное, что Анабель знала точно, так это то,