Кости и камни стр. 56
Только кивнул:
– Хорошо, гостевая комната свободна.
Пока Винсент размещал девушек в комнате, он не переставал думать о таком спокойствии Фредерика, но возможность поговорить возникла только позже. Отнеся в комнату для гостей последнюю подушку, Винсент заметил на столе в гостиной недопитый стакан с виски и завернул на кухню, где видел горящий свет.
Фредерик действительно сидел там. Пил разбавленный виски в тусклом свете единственной лампочки. Винсент молча уселся рядом.
– Что случилось? – спросил Фредерик. – Ты явно привез их сюда не просто так.
– Только после тебя.
– Что?
– Сначала ты мне расскажешь, что произошло.
– Гм. Я расстался с Морган.
– А почему?
От любого другого человека, даже от Анабель, такой вопрос прозвучал бы бестактно, но только не от Винсента. Поэтому Фредерик только пожал плечами:
– Она тоже связана с призраками и прочей чертовщиной. Мне ее на всю жизнь хватит, ближе к этому подходить не хочу. Больше не хочу.
– Боишься, что иначе сойдешь с ума?
Подобное предположение от любого другого тоже вызвало бы у Фредерика только негодование. Но не от Винсента. Как и всегда, брат понимал его лучше, чем кто бы то ни было, и знал все его страхи. Глотнув виски, Фредерик ответил:
– Да.
Он редко задумывался о безумии матери, точнее, предпочитал его не замечать, как и их отец. После той истории с Лукасом стало очевидно, что это может перейти по наследству. Но сейчас и они сами были в норме, и даже малышка Анабель, казалось, избавилась от того безумия, что чуть было ею не завладело. Они все выросли, но Фредерик был готов старательно рубить все канаты, которые могли притянуть к нему то, чего он так не хотел.
Молча Винсент достал из холодильника содовую, налил в свой стакан и сделал несколько хороших глотков. Только тогда он сказал, смотря куда-то в сторону, мимо брата:
– Мне до сих пор иногда снятся кошмары.
– Ты не говорил.
Винсент поднял стакан с виски и пожал плечами:
– Ты не спрашивал.
Он сделал глоток и поставил стакан. Только после этого посмотрел на Фредерика.
– Ты же помнишь, после смерти Лукаса мне везде стал мерещиться его призрак. Мерещиться и нашептывать. Это стало до такой степени невыносимо, что я чуть было не сделал непоправимое, – Винсент невольно коснулся шрамов на запястье, покрытых татуировками. – А позже, перед Хэллоуином, были кошмары, из-за которых я не мог спать. Сейчас ничего подобного нет, но иногда… лишь иногда они возвращаются вновь. И я надеюсь, никогда не вернутся полностью.
Он салютовал Фредерику стаканом.
– Поэтому, Рик, если что-то может подтолкнуть тебя обратно к этой чертовщине, а ты будешь гнать прочь, я первый тебя поддержу. Как всегда.
Шел дождь. Обычный дождь, прибивающий городскую пыль и нагоняющий влагу, которая проникает в легкие. Морган не брала с собою зонт, никак не пыталась спрятаться, только подняла повыше воротник плаща, чтобы капли не заползали за шиворот. Сунув руки в карманы, она стояла под дождем и терпеливо ждала.
На самом деле, не настолько терпеливо, как могло показаться со стороны. Но усилием воли она заставляла себя стоять на месте, а не ходить из стороны в сторону. А спрятав руки в карманы, скрыла от любого наблюдающего, как сжимала и разжимала кулаки, как ее пальцы постоянно