Кости холмов стр. 529
– Он оставил бы тебя здесь умирать? – кричал Джелал ад-Дин. – Когда рукой подать до твоей земли?
В припадке гнева принц едва сдержался, чтобы не ударить глупого юного князя, который так много ему обещал.
– Может быть, они еще в пути, – отвечал Наваз.
Джелал ад-Дин хотел сказать ему грубость, но смолчал и кивнул. В мгновение ока принц отправил всадников на юг, вдоль берега реки, на поиски торговцев, которые могли бы перевезти его армию на своих судах. Джелал ад-Дин не посмел обернуться на пыльное облако за спиной, зная, что монголы идут за ним, как волки со стальными клыками, чтобы разорвать его на куски.
Чингис скакал легким галопом, тщетно пытаясь вглядеться в даль. С годами зрение ослабло, и хан уже не мог полагаться на собственные глаза. Их заменил ему Угэдэй. Наследник хана громко сообщал ему о том, что видит вдали, давая описание вражеской армии. Голос ханского сына переполняли восторг и волнение.
– Они собрались на берегу. Вижу лошадей, тысяч десять, может, больше, на левом фланге, от нас это справа, – кричал Угэдэй, напрягая глаза. – Вижу… шеренги собираются вокруг центра. Они разворачиваются навстречу нам. Пока не вижу, что на другом берегу.
Чингис кивнул. Если бы в распоряжении Джелал ад-Дина оказалось несколько мирных дней, то, возможно, он увел бы свое войско в безопасное место. Но стремительная погоня, организованная Чингисом, принесла результат. Он припер принца к реке, и этого было достаточно. Хан повернулся к ближайшему гонцу.
– Передай Хачиуну вот что. Мы с Джебе и Угэдэем возьмем на себя центр. Хачиун с Хасаром пусть атакуют с правого фланга против их конницы. Скажи ему, что он может вернуть долг за поражение в Панджшерской долине и на меньшее я не согласен. Теперь ступай.
Юноша умчался с приказом, а его место занял другой. Он был готов выслушать новый приказ, и Чингис продолжил:
– Пусть Джелме с Толуем растянут войска слева от меня. Я хочу, чтобы врага зажали в одном месте у реки. Их задача: пресечь любые попытки противника отступить на север.
Люди Толуя были еще слишком молоды, чтобы бросать их против опытных воинов, а удержание врага в кольце окружения было не менее достойной задачей для незакаленных боями юнцов. Такое задание, конечно, не понравились бы Джелме, но Чингис знал, что тот подчинится. Туменам предстояло выступить тремя группировками против припертой к реке армии Джелал ад-Дина.
Готовясь к битве, монголы выстраивались в шеренги. Чингис замедлил бег лошади и огляделся по сторонам, убеждаясь, что тумены на правом и левом флангах движутся в одном ритме с ним. Угэдэй по-прежнему докладывал обо всем, что удавалось разглядеть вдалеке, но отец уже не слушал его. Предвкушение жаркой битвы завладело всеми чувствами хана. Внезапно вспомнив о внуках, увязавшихся за обозом, Чингис отправил еще одного гонца к запасным лошадям проследить за тем, чтобы мальчики были в безопасности.
Чингис медленно спускался в долину, пока его глаза не смогли видеть врага так же отчетливо, как глаза Угэдэя, и тогда хан махнул сыну рукой, чтобы тот замолчал. Для прошлой битвы Джелал ад-Дин сам выбирал место. На этот раз его лишили такой возможности.
Великий хан обнажил меч и поднял его высоко над головой, чтобы воины видели сигнал к