Кости Земли стр. 143
не стучусь к людям в дома и не предлагаю им брошюры, если ты это имел в виду. Но к вопросам веры я отношусь серьезно. Тебя это смущает?
– Нет, конечно, нет. – Он взял ее руку и перецеловал пальцы один за другим. – В тебе меня ничто не смущает.
Сэлли освободила руку.
– Есть кое-что, о чем ты еще не знаешь. Я все не могла тебе сказать, но сейчас, по-моему, самое время.
Лейстер внимательно выслушал рассказ Сэлли о птице-людях и их решении. Договорив, она заметила:
– Ты вроде бы и не удивлен.
– Конечно, нет. Я с самого начала чувствовал, что тут что-то не то. Что-то не сходится. Другие могли дурачить себя по поводу путешествий во времени. Я – нет.
– Тогда почему ты пошел на это? Почему просто не отказался?
– И никогда не увидел бы динозавров?
Лейстер засмеялся.
– Я прожил мою жизнь так, как хотел. Я получил ответы на вопросы, которые считал безответными. А теперь я еще получил и тебя. Чего мне еще... Слушай, а чья это комната? Твоя или моя?
– Твоя.
– Тогда где-то здесь должны быть мои вещи.
Он начал открывать ящики, перерывая стопки одежды.
– И если мои вещи здесь, то здесь должна быть... Ага! Вот она!
В одном из ящиков лежал томик Шекспира. Лейстер лихорадочно перелистал страницы.
– Вот, это из «Бури». Он прочитал вслух:
Окончен праздник. В этом представленье
Актерами, сказал я, были духи.
И в воздухе, и в воздухе прозрачном,
Свершив свой труд, растаяли они.
Вот так, подобно призракам без плоти,
Когда-нибудь растают, словно дым,
И тучами увенчанные горы,
И горделивые дворцы и храмы,
И даже весь – о да, весь шар земной.
И как от этих бестелесных масок,
От них не сохранится и следа.
Мы созданы из вещества того же,
Что наши сны. И сном окружена
Вся наша маленькая жизнь.
Лейстер закрыл книгу.
– То же самое могу сказать и я.
Сэлли вновь улыбнулась, уже совсем не лениво.
– У нас полно дел. Ну-ка иди сюда, а то не успеем.
– Сколько нам осталось?
– Немного. Несколько часов личного времени.
– Вполне достаточно.
Гриффин оставался около диска, даже когда все уже разошлись. Он должен был проследить за возвращением спасателей. Как только последний человек покинул мезозой, военные принялись демонтировать оборудование.
Все кончено.
В последний момент он решил не рассказывать вернувшимся палеонтологам о решении птице-людей. Что ребята могли сделать с оставшимся временем, кроме того, что уже начали делать? Они радовались. Так пусть порадуются.
Щедрые покровители с Пангеи даровали ему последнюю, прощальную поездку в прошлое. Он вышел через центральный
вход и сел в поджидавший его лимузин.
Последний раз Гриффин ехал в Пентагон.
Из временного туннеля он попал на станцию, за день до этого закрытую официально. Прошел пустое здание насквозь и вышел наружу. Стояло яркое, но туманное утро, перекликались друг с другом динозавры. Вдалеке маячили просвечивающие сквозь дымку серые туши апатозавров.
Вот и закончились его обязанности. Он сражался как лев. И проиграл. Гриффин ожидал, что мысль о поражении ляжет на душу тяжким грузом, но, как ни странно, не дождался.
Напротив, внутри поднималась волна радости. Бог свидетель, он любит мезозой! Вот так, здесь и сейчас. Ни на что бы его не променял!