Кот, который ограбил банк стр. 68
— подключился Квиллер. — Там устраиваются выставки, лекции и занятия, организуются мастерские. А чем она увлекается?
— Батиком.
— У нас никто не занимается батиком, — оживилась Полли. — Она может открыть свой класс.
— Блеск! Она обожает учить других.
После обеда Квиллер пригласил компанию к себе опрокинуть по стаканчику, но все, кроме Барри, отказались. Управляющему надо было взять библиотечный альбом и фотографию старого отеля. Шампанское Барри не прельстило, но он согласился на минеральную воду. Квиллер налил ему «Скуунк», познакомив тем самым с ещё одной местной достопримечательностью.
— А что это такое на ковре? — спросил гость.
— Бразильский орех!
— воскликнул хозяин. — Вот странно! До сих пор коты орехами не интересовались.
Они расположились в гостиной, попивая минералку.
— Сегодня был замечательный вечер! — порадовался Барри. — Прекрасный обед. Интересные люди. Хикси очень интересная женщина. Вы давно её знаете?
— Да. Мы познакомились ещё в Центре. Собственно, это я и вытащил её сюда. Она хотела сменить работу, а здесь как раз открылась вакансия. У неё неплохая голова, а энергии — хоть отбавляй.
— Она не замужем? Разведена? Не знаете, есть у неё кто-нибудь?
— Замужем она никогда не была, а что касается её нынешнего статуса, то я не могу сказать ничего определённого. Они с Дуайтом живут в соседних квартирах, и у них много общих дел, но это ничего не значит.
— Если бы я захотел пригласить её в ресторан, какой бы, помимо «Макинтоша» и «Старой мельницы», вы мне посоветовали?
— Таверну «Типси» в Кеннебеке, — ответил Квиллер. — Придорожный ресторанчик в бревенчатой хижине, открытый ещё в тридцатые годы. Там подают неплохое мясо и рыбу.
— А кто такая Типси?
— Кошка первого владельца ресторана. Её портрет, написанный маслом, висит в обеденном зале. Несколько лет назад в округе развернулась оживленная дискуссия о том, какого цвета были лапки у Типси. Одни говорили — чёрные, другие — белые. Вот вам ещё образец местных нравов.
После ухода управляющего Квиллер осмотрел все помещения в поисках разбросанных бразильских орехов и нашел ещё три, все со следами кошачьих клыков. Коко любил маслянистую пищу, но скорлупа орехов не была прокушена насквозь… Кстати, где этот несносный кот? Прислушавшись, Квиллер различил какое-то чавканье. Коко сидел на кофейном столике и лизал фотографии.
— БРЫСЬ! — закричал Квиллер, и Коко умчался с места преступления.
Он очень любил лизать фотографии, и его слюна и шершавый язык оставляли на поверхности заметные следы. Несколько снимков, сделанных на горских играх, было безнадежно испорчено.
«Сам виноват, — подумал Квиллер, — надо было спрятать».
Покормив кошек на ночь, он проводил их в спальню на верхней антресоли. Затем прошёл в свой кабинет на первом полуэтаже и стал читать «Домашние нравы американцев». Книжка оказалась интересной, но не настолько, чтобы прогнать сон, и Квиллер задремал. К действительности его вернул телефонный звонок. На часах было почти два. Наверное, ошиблись номером.
Он взял трубку и проговорил сонным голосом:
— Да?
— Мистер К, простите, что беспокою вас так поздно. — Это был Ленни Инчпот, и голос его звучал очень тревожно.
Усы Квиллера зашевелились.
— Что-нибудь случилось?
— Да, нечто очень серьёзное.
—