Кот, который пел для птиц стр. 65
зависит от того, во что это для меня выльется, — ответил Квиллер. — Возможно, у меня не хватит профессиональных навыков, чтобы стать повитухой для бабочек.
— Это очень просто, — объяснила Феба. — Сначала вы снабжаете гусениц едой. На задней стенке коробки есть дверца, чтобы совать туда зелёные листья и вычищать продукты жизнедеятельности.
— Продукты жизнедеятельности? А что это такое? — испугался он. — Впрочем, лучше уж не знать.
— Я дам вам брошюру, где есть все инструкции. Если вы понаблюдаете, то увидите, как они прядут шёлк. Потом они превращаются в куколок, и несколько дней ничего не происходит. И вдруг бабочки разворачивают крылья и вылетают. Это чудо, мистер К.! Вы увидите, как они начнут порхать. В этот период им нужно давать цветы, обрызганные водой с сахаром. Через несколько дней вы выносите коробку на улицу, и они вылетают в широкий мир, такие счастливые, что освободились! Это даёт вам дивное ощущение радости!
— Вы гарантируете? Мне нужно выйти и подогнать свой пикап. Я пришёл сюда пешком.
Торнтон предложил подвезти его и гусениц домой. По пути к амбару он спросил:
— Вы не знаете, нашли того, кто забрался в Центр искусств и украл ню Дафны? На днях я с сыновьями зашёл выпить в таверну «Кораблекрушение», и бармен показал нам рисунок, купленный у клиента,
который, в свою очередь, приобрёл его у кого-то в другом баре. Рисунок смахивал на работу Дафны, но подпись была стёрта.
— А он сказал, сколько заплатил за рисунок?
— Нет, а мы не спрашивали.
Торнтон никогда прежде не бывал в амбаре и, увидев лестницу в виде спирали, уходящей вверх, к восьмиугольной крыше, выдохнул:
— Ха! Ну и ну! Это вы сами придумали? Вот уж будет что рассказать моей жене!
— Я тут ни при чём, это всё архитектор из Центра. Это его последняя работа.
— А где же знаменитые сиамцы?
— Наблюдают за вами. Не делайте неосторожных движений!
Коробку с бабочками отнесли в комнату для гостей на втором полуэтаже, подальше от прямых солнечных лучей и любопытных кошек. Потом Квиллер сервировал угощение в павильоне.
— Я вижу, вы не подстригаете траву, — заметил Торнтон. — Моя жена любит широкие зелёные лужайки, но ей же не приходится их подстригать. И неважно, какая у вас газонокосилка, — всё равно работёнка ого-го! Раньше газон подстригали два моих сына, но теперь у них свои собственные дома и газоны. Вы ведь не знакомы с Эриком и Шоном, не так ли? Я ими горжусь: оба хорошие семьянины и хорошие бизнесмены. Если вам когда-нибудь захочется написать колонку о песке и гравии, обратитесь к ним: они знают в этом толк.
— Вполне возможно, что обращусь, — ответил Квиллер.
— Они поставляют свой товар округу, и один из инженеров-дорожников намекнул им, что на Тревельян-роуд, к северу от Бейс-лейн, планируют мостить большой участок.
— Итак, это подтверждает слухи, которые передал нам Гэри в «Чёрном медведе». Это означает, что несколько акров через дорогу от Центра искусств превратятся в трущобы. И кто же продаёт округу эту землю?
— Её не покупают, а берут в аренду. Владелец земли не хочет её продавать, и понятно, по какой причине. Через несколько лет цена этого участка подскочит до небес. Он примыкает к реке, и какая-нибудь предприимчивая фирма типа «XYZ» сможет построить там ещё