Кот, который знает всё… О чуде исцеления души и тела, доступном каждому стр. 45
на протестующие вопли, «Муся» был извлечён за шкирку из «джакузи» и вышвырнут на лестницу. Дверь захлопнулась, за нею раздавались истерические крики дочки, гул отца, содержавший непонятные Коту слова, и визг его новой, несостоявшейся, хозяйки.
Мимо проходила соседка и, глядя на мокрого тощего кота, запричитала:
– Бедная кошечка! Ты, наверно, голодная!
После этого она принесла блюдце с молочком, которое Кот с благодарностью, достоинством и быстротой слакал. На этом «чистые помыслы» соседки закончились, и Кот остался в одиночестве. Отлежавшись и обсохнув в уголке, он невольно вспомнил дом, где было так же тепло, но более уютно. «Домой!» – решительно мяукнул Кот и побежал вниз.
На улице было пасмурно, проносились автомобили, к которым он относился с опаской и осторожностью. Видя, что люди бесстрашно переходят улицу, он пристроился к потоку и, вызывая удивление пешеходов, преодолевал дорогу по переходам, а потом научился распознавать цвет светофора, не сулящий опасности. Куда идти, он примерно чувствовал, используя свою удивительную природную способность ориентироваться, но нагромождение домов сильно замедляло продвижение. Несколько раз он попил из некипячёной лужи и с отвращением съел кусок чёрствой булки.
Ночи были белые. Уставший Кот, не имея понятия о времени, всё трусил и трусил по ещё тёплому асфальту. Ночевал он в подвалах, когда бежать уже не было сил. В очередной раз сон сморил его на окраине города, и он прилёг в придорожных кустах, уже не думая о еде.
С первыми лучами раннего солнца наш путешественник поднялся на холм, с которого было отлично видно всё вокруг и по признакам, известным только котам, определил направление туда, где тепло, уютно и где его ждут. Ощутив прилив новых сил, поймав и проглотив противную зазевавшуюся лягушку, наш герой уверенно взял направление вдоль шоссе…
Глава 24. Возвращение с дачи. Новая встреча с мудрецами
Лето закончилось, как всегда, молниеносно. Сначала стали реже и тише петь птицы, потом пожелтели листья на березках. Мама, оглядывая яблоневый сад со спускающимися до земли ветвями под тяжестью огромного количества яблок, в сотый раз перечитывала «Антоновские яблоки» И. Бунина. Ванька, всё лето купавшийся до синевы, уже не думал о речке. У всех было предосеннее грустное настроение.
Сколько Ванька помнил себя, папа с мамой всегда спорили об осени. Папа всеми фибрами души её ненавидел и не понимал прелести «пышного природы увядания». Он считал, что красота осени сродни цветам на похоронах. Мама, наоборот, любила осень. Она всегда восхищалась запахом осенней ни с чем не сравнимой свежести и красотой в золото одетых лесов. Она обожала собирать грибы, хотя никто из домашних её в этом не поддерживал.
В городе жизнь опять пошла своим чередом. Работа, беспокойные родители, больные дети. Опять пошатнулось Дашино здоровье, опять она стала часто плакать. У Вани началась школа со всеми вытекающими отсюда последствиями.
Так подошёл конец месяца, и Мария Петровна вспомнила о встрече.
На этот раз гости были нерадостны, скорее, грустны.
– Что случилось? – вместо приветствия спросила Мария Петровна и прикусила язык от сорвавшегося привычного выражения.
– Вот ты сама и выдала себя, – ответил старец. – Случилось то, что вы все вернулись к тому, с чего начали. Нас не было с вами три месяца. Кто из вас перечитывал летом наши послания? Кто жил с