Который кот подряд стр. 186
под стол. Кошачий домик был пуст.
С тех пор как Вася переродился, у него прибавилась парочка мерзких привычек: он стал ворчливее, пристрастился к пению советской эстрады, каждый раз чудовищным образом перевирая слова, вдобавок повадился красть Дашины носки, а если спал, то наотмашь, не слыша ничего вокруг.
Так и не обнаружив кота, Даша занялась приготовлением ужина к приходу Светы. Закипятив воду и высыпав туда пачку макарон, она заглянула в холодильник. На счастье, там нашлись банка протёртых томатов и одинокая синяя луковица – кто-то из коллег недавно привёз в качестве сувенира из отпуска. Даша порезала лук, заодно всплакнув о Филиппе. Вилкой подцепив макаронину, она отправила её в рот.
– Угум, уже не альденте, но ещё не каша. Потерпите немного, скоро я вас вызволю, – пообещала она макаронам.
Плеснув в сковородку оливкового масла и бросив туда лук, который сначала стал фиолетово-серым, потом зазолотился, Даша отправила на сковородку протёртые томаты, посолила, сдобрила сушёным базиликом и щепоткой любистока, затем добавила чуточку чёрного перца и с удовольствием втянула носом пряный аромат.
* * *Света появилась через полчаса с огромным пакетом антоновки в руках.
– Шарлотку сделаешь!
– Спасибо, это же сколько шарлотки!
– Ничего, пригодится! Будешь больше печь, больше будет мужиков вокруг виться.
– Только этого мне не хватало. – Даша высыпала яблоки в таз, накрыла полотенцем и пристроила конструкцию на подоконник.
Света зашла в ванную.
– Ничего себе хоромы! Здесь жить можно! А вид! Чем можно вытереть руки?
– Посмотри там рядом с раковиной на крючке!
Гостья появилась на кухне.
– Как вкусно пахнет!
– Сейчас будем ужинать. Я пасту нам приготовила.
– Отлично! Очень хочется есть. Но кухня у тебя так себе. В ванной места гораздо больше, – сказала Света, протискиваясь боком за стол. – Скажи-ка мне, у тебя кто-то появился? Кстати, как там Филипп? В Тярлево теперь вместо ветеринарного пункта винный магазин. Приходится в Пушкин с Муму гонять.
– Сочувствую. Филипп с Аней открыли клинику здесь рядом, на Васильевском. Теперь они совладельцы.
– Да что ты говоришь? С Аней? Откуда же у неё деньги? Она всё время стреляла у Родика взаймы.
– Не знаю. На самом деле меня их деньги мало интересуют. Я случайно разговорилась с дядей Ани на открытии клиники. Он сказал, что племянница много сделала, чтобы стать успешной.
– Очень интересно. Нужно будет навестить их новую клинику, да и Муму по Филиппу Гюнтеровичу соскучился. И ты мне не ответила! У тебя кто-то есть?
– У меня есть кот, и тот неизвестно куда подевался.
– Понятно. Значит, никого нет. Надо же, а я думала вы с Филиппом такая пара. Ты красавица, он красавец. Какие бы у вас были дети! Ух!
Даша ничего не ответила, но по тому, как она чуть не впечатала в стол тарелки и разложила столовые приборы, Света решила больше тему Филиппа пока не поднимать.
– А зачем вы ищете Плотникова?
– Я же говорила. Мы столько денег на него потратили, а он, зараза, сбежал. Холсты, кисти, краски, подрамники и прочая чепуха! Всё самое лучшее! Сколько Родик денег заплатил за раскрутку в журналах. И вот, когда пришла пора пожинать плоды, он бесследно исчезает! А ты говоришь ещё о какой-то засекреченной выставке. Интересно, откуда такая плодовитость? Из чего он выставку сделал? Он же рисует каждую картину по несколько месяцев!
– Я кое-что захватила из особняка Оленевых, сейчас принесу.
Даша сходила в комнату и принесла цветной журнал, который ей отдала гардеробщица.
– Что это?
– Насколько я понимаю, каталог той самой закрытой выставки-продажи картин Плотникова.
– Да ты что!
Света дрожащими от волнения руками принялась перелистывать журнал.
– Ничего не понимаю! Когда он успел столько нарисовать? «Зебра одиночества», «Экзистенциальный демагог», «Солёная перхоть пустыни». Боже мой, тут больше тридцати картин. А цены!
– Это только начальная цена.
– Девочка моя, нам срочно нужно его найти! Где координаты? Как с ним связаться? Ах, боже мой, страницы последние вырваны.
– Я, кажется, знаю, кто нам сможет помочь. Подождите.
Даша набрала номер Сони.