Коварные пески стр. 193
не понравилось, что Нейпьер стал проявлять к миссис Верлейн повышенное внимание, и мы намекнули ей, будто видели, как он копал в ельнике яму…
А вот что рассказала Сильвия:
— Я тоже должна была ходить в часовню и изображать привидение. Я всегда хотела есть и обычно тайком брала что-нибудь из кладовки. Элис сказала, что расскажет моей маме, что я ворую. Она знала, что Эдит встречается с мистером Брауном, и поэтому Эдит тоже приходилось делать то, что ей велела Элис. Потом Джереми Браун уехал, и Эдит сказала, что больше не будет для нее ничего делать и что она больше не даст Элис нас шантажировать… так она назвала то, что делала Элис. И поэтому… Эдит исчезла.
Что теперь было делать с Элис?
Когда ее привели из пещеры домой, она снова приняла кроткий вид. Мне было очень жаль миссис Линкрофт, которая двигалась по дому, словно лунатик.
Довольно странно, но именно мне она рассказала всю свою историю. Я была в своей комнате, потому что доктор сказал, что я должна несколько дней отдохнуть, так как пережила страшный шок. Я лежала в постели, когда вошла эта загадочная женщина и села у моей кровати.
— Миссис Верлейн, — обратилась она ко мне. — Что мне сказать? Моя дочь пыталась убить вас… дважды.
— Не отчаивайтесь, миссис Линкрофт, — попыталась я ее утешить. — Сейчас со мной все в порядке.
— Нет, это я виновата, — продолжала она, — одну меня надо во всем винить. Что они сделают с моей маленькой Элис? Они не должны ее наказывать. Это не ее вина. Я, и только я, виновата во всем.
Она прошлась по комнате — странная, похожая на тень фигура в длинной серой юбке и в шелковой с развевающимися рукавами блузке.
— Это я убийца. Я, а не Элис.
— Миссис Линкрофт, постарайтесь не мучить себя. Это, конечно, ужасно. Но врачи поймут, что надо делать с Элис. Где она сейчас?
— Она спит. Она была такой странной, когда ее привели из пещеры. Вела себя так, как будто ничего не случилось. Была, как и прежде, такой мягкой… такой милой…
— У Элис какой-то явный недуг.
— Я знаю, — сказала миссис Линкрофт. — Я знаю, что с моей дочерью.
— Знаете?
— Ей так всегда хотелось, чтобы она смогла жить в этом доме всю свою жизнь. Для нее было очень важно ощущать себя дочерью Уилльяма… она хотела, чтобы это все принадлежало только ей.
— Но как она могла?
— Она бы ни за что не отказалась от этой мысли… Даже сейчас она не признает свое поражение. Она ведет себя так, как будто ничего не случилось… как будто со временем она сможет убедить нас в этом.
Некоторое время миссис Линкрофт сидела в молчании, а затем продолжила:
— Сейчас я должна рассказать всю правду. Без утайки. Возможно, мне уже давно следовало бы это сделать. Но я все продолжала хранить свою тайну. Никто о ней не знал. Ни один человек не догадывался… и менее всего Элис. Мне казалось, что это должно оставаться тайной… но не ради моего благополучия, а ради Элис. Но вам ведь нужно отдыхать. Возможно, мне не следует тревожить вас своим рассказом?
— Нет, пожалуйста, миссис Линкрофт. Мне надо знать.
— Вам уже известно, что сэр Уилльям