Красная машина. Юниор 2 стр. 68
оценивать свои движения. Правильно ли ты ставишь лезвие. С достаточной ли силой сделан толчок. Верно ли ты выбрал угол наклона вперед. Хоккеист должен уметь кататься на коньках так естественно и с такой легкостью, чтобы не думать о том, как отрывать коньки ото льда и как их ставить на лед. Мысль хоккеиста должна быть сосредоточена на клюшке и шайбе, на выборе позиции и развитии атаки. Все. Это самое главное и самое важное. Сначала нужно научиться правильно бегать на коньках, а потом уж начинать играть в хоккей.
Ясное дело, правильные навыки свободного катания нельзя отрабатывать без учета положения туловища и качества шага. Но это все происходит вначале пути, в первые годы тренировок, а никак не после хреновой тучи лет, которые Славик провел на льду. Нет, совершенствовать технику, не вопрос. На здоровье. А я вдруг стал каждый раз испытывать беспокойство. Вдруг делаю что-то не так. Именно в катании. Почему Толик сделал этот поворот гораздо быстрее, чем я? Может, мне просто нужно чуть больше сосредоточиться, в том числе на том, как делать все правильно. В общем, происходил лютый треш, но изменить это я не мог. Просто какой-то клин зашел, ей-богу.
— Не опускай голову! Белов! Да твою ж мать… Ты что делаешь, я не пойму? Ищешь на льду свою совесть? Белов!
Когда впервые эта фраза прозвучала от Степана Аркадьевича, даже не понял, что предназначалась она мне. Просто уж с катанием вообще не было проблем. Никогда. У Славика, естественно. А тут, получается, хочу как лучше, а меня снова ругают?
— Белов… Я не имею в виду, что нужно кататься, выпрямившись почти до вертикального положения. Ты не столб. И не перпендикуляр. Но е-мое…Катающиеся во время бега должны видеть, куда они движутся. А ты что видишь? Лед под ногами? Что ты там рассматриваешь? У хоккеиста должен быть такой мозг, который способен одновременно контролировать несколько событий — не два, а больше. Называй это хоккейным инстинктом, если хочешь, или чувством игры. Но без этого никуда.
Тренер вздохнул и провел ладонью по лицу. Парни уже привычно затихли. Это была пятая или шестая тренировка по счету, с момента той игры, когда впервые я получил выговор, и каждый раз гвоздем программы становился Славик Белов. Мне кажется, уже никто не представлял себе, чтоб моя фамилия не звучала.
— Белов… Это… Слов нет, если честно. Хоккеист должен быть способен быстро и непринужденно передвигаться на коньках. Ты ведь знаешь это. Это истина на уровне малышей, новичков. Он должен чувствовать шайбу на клюшке. Он должен следить за готовым вступить с ним в единоборство игроком противника. Он должен оценивать приближающегося к нему противника. Суммарная скорость двидения игрока немаленькая. Правда? У тебя нет возможности присмотреться, остановиться самому, прикинуть. Или попросить остановиться его. Пусть приблизительно, но скорость близка к шестидесяти километрам в час. И ты должен успеть считать всю информацию. С соперника, с положения товарищей, с ситуации в своей зоне, и в зоне соперника. Должен знать, где находятся партнеры противника. Где находятся твои партнеры. Чтобы иметь возможность отпасовать им шайбу. Отпасовать! А еще хоккеисту нужно думать о броске по воротам, который он надеется сделать через пару секунд. И все это — одновременно.