Библиотека

Красные огурцы стр. 59

Размер шрифта
-
+
Тема

медиков…»

Антон попытался осмыслить услышанное. Уж не о битве ли возле сарая идет речь?

— Знаете, — сказал он, вставая, — мы, пожалуй, пойдем.

— Идите, — отпустил турагент. — Только не затягивайте с этим делом.

Антон пообещал не затягивать. Выйдя из белого пластикового павильона турагентства, он направился к своему трактору, пытаясь понять, что бы могла значить услышанная по телевизору новость лично для него. Иванов рапортовал о какой‑то операции… Его размышления прервала Дуня.

— Ну все, — сказала она, снимая с сиденья трактора прялку и взваливая ее на плечо, — спасибо, что добросил. Пока.

— Погоди… Куда ты пойдешь?

— На автобусную станцию и домой.

— А как же… Как же прялка? Я же обещал ее отвезти!

— Увы, Антон, не всем нашим планам суждено сбыться…

В голосе Дуни звучало такое презрение, что Антон не решился дальше ее уговаривать. Ну и ладно, решил он, насильно мил не будешь. Одному легче. Еще простатит этот, только его не хватало. Как будто мало других проблем.

Но другие проблемы были тут как тут. Их новая порция материализовалась возле трактора в лице двух сотрудников дорожной инспекции.

— Это ваш трактор? — спросил тот, что помладше, с детским лицом и огромными кулаками. — Что ж вы ставите так, ни пройти ни проехать?

— Я сейчас уберу. — Антон попытался спрятать руку с корзинкой за спину, одновременно изображая на лице приветливую законопослушность.

— Ты погоди, — вмешался тот, что постарше, с пузом, переливающимся через ремень. Он держал в руках листок бумаги и так напряженно щурился на него, что, казалось, ремень сейчас не выдержит. — Гражданин Опушкин Антон? Корзину на землю, руки на голову!

32

Энергетический наследник и его несостоявшаяся подопечная тряслись на заднем сиденье полицейской машины в ледяном молчании, которое стало стилем их общения в последние несколько часов. Только один раз, когда машина тронулась, Дуня бросила на Антона взгляд, который явственно приобщал это происшествие ко всем его остальным грехам. Взгляд, который без слов говорил: «Я так и знала, чего еще от тебя можно ожидать!» А потом уже нарочно не смотрела на него, изучая пейзажи за окном.

Антон тоже с тоской уставился в окно. Вот и все, думал он. Теперь посадят в тюрьму, обстригут. Ну, мама, понятно, умрет от разрыва сердца… Потом будет носить ему передачи… Он пытался вспомнить что‑нибудь о тюремных порядках, но в голову лезли только кадры из фильма «Джентльмены удачи». Папаша, а вам не кажется, что ваше место возле параши? Как глупо дожить до тридцати двух лет и иметь представление о тюрьме только по кинокомедии сорокалетней давности! Жалко, что я так и не научился играть на гитаре, подумал Антон. Этот навык мог бы

сделать меня душой тюремного коллектива и, наверное, избавить от побоев и унижений. Он не умел рассказывать анекдотов, не умел драться, даже толком не умел ругаться. Единственное, что он умел, это создавать интерьеры, но что‑то подсказывало ему, что в рейтинге навыков, необходимых для выживания в тюрьме, этот вряд ли числится хотя бы в первой сотне. А еще простатит! В тюрьме так часто приходится сидеть на холодном. Наверное… Поля, поля, леса, деревни… Свобода! Как не ценил он ее! И когда теперь сможет просто идти по дороге, просто спать в своей квартире?..

Навстречу машине пролетел знакомый указатель «Красные Огурцы». Ну конечно. Именно там, в проклятых Огурцах

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.