Красота оплаченного долга стр. 17
поселения. Островок почти правильной круглой формы располагался в центре горного озера явно вулканического происхождения. Когда-то очень давно здесь было поселение, от которого на поверхности не осталось и следа. Лишь перепады теплового излучения выдавали местонахождение трех концентрических колец, самое маленькое из которых было не меньше пятидесяти метров в диаметре. Наверно, это было главное строение крепости, защищенной двойными стенами.
Иногда я днями не вылезал из своих апартаментов, предоставленных «Астрогидом». Подключал к визору планшет и играл цветами, формами и пейзажами на всю стену. Хотелось сделать по-своему, отойти от методики Гофера, но выходило коряво, фальшиво, негармонично. И я опять дневал и ночевал под небом и звездами, в окружении воинов и носильщиков, не понимающих, чем я занимаюсь и почему со мной носятся, как с наследником Хранителя Знамен.
— Не торопись, сначала ощути всеми чувствами логику ландшафта и только потом доверься точному ответу интуиции, — учил Гофер.
— Логику ощутить чувствами? — сомневался я. — Разве интуиция дает точные ответы?
— Природа математически строга, ландшафт — запись ее законов, человек — считывающее устройство. Когда тебе станет тесно от строгости закона, тогда и только тогда выпусти на волю свою фантазию, не бойся самых диких решений, все равно им не вырваться за пределы законов... И только потом ищи компромисс между живым и неживым, подвижным и неподвижным, уродливым и прекрасным, свободным и несвободным...
— То есть ждать озарения?
— Озарение не приходит к ленивым.
Мои воспоминания прервал шум за портьерами, шаги, гул множества голосов. Вошел Кутай, за ним целая вереница придворных. Кажется, в те далекие времена их здесь называли друзьями Хранителя. Тогда эти «друзья» представляли собой толпу оборванных кочевников, попавших в город благодаря родовым связям. Они считали горожан своей законной добычей. Но теперь это и впрямь были придворные — чинные, в одинаковых куртках и без оружия. Зато у воинов, вставших по обе стороны дверей, были новенькие лучеметы, а не ржавые пики. Прогресс, однако...
— Дабы ты, о злокозненный, не осквернял своим мерзким дыханием покои самого Хранителя Знамен, да станут его дни бесконечными, тебе оказана великая честь — сам Хранитель Знамен почтит своим высочайшим визитом...
— Оставь извилистые речи для другого раза! — резкий голос из-за портьеры заставил Кутая поперхнуться.
В комнату быстрыми шагами вошел человек в бурнусе кочевника. Волосы его были прихвачены медными кольцами. Странно. Вроде бы правителю всех кланов подобало носить каменные, из агата, что означало равное благоволение ко всем.
— Мы люди просвещенные, — сказал Хранитель. Усаживаясь в мое кресло и указывая на ковер, он великодушно разрешил мне расположиться у его ног. — Можешь разговаривать с нами без церемоний, как равный.
В знак согласия я, по старой памяти, приложил обе ладони к животу. Но при этом остался стоять, несмотря на грозное шевеление бровей Кутая и придворных. Во-первых, оказаться ниже правителя — значит признать его своим господином, кажется так. Во-вторых, если дело закончится дракой, то лучше держаться поближе к окну.
— Ты человек ученый, — продолжал между тем Хранитель, — а мы хоть и просвещены, но просты. Поэтому скажи от доброго сердца, что между нами не будет обид и мести за то, что принудили тебя стать нашим гостем. И продолжим.
— Продолжим, — ответил я. — А насчет обиды я скажу, когда узнаю о причинах гостеприимства.
— У нас есть вопросы о твоих делах великой давности. Нам ведомы чудеса времени при полетах к далеким землям. Двести лет тому назад ты был здесь. Два года назад послали мы за тобой и с великим терпением ждали возвращения нашего единственного корабля. Все знают, сколь велики были наши расходы по его приобретению...
— Не меньше, наверно, чем у Энтелура, — не удержавшись, пробормотал я.
Как здесь приобщаются к прогрессу, я хорошо помнил. И эти, скорее всего, захватили корабль в порту, а туристов продали на Южный континент. Ищи их теперь по кошарам и рудникам.
Хранитель, к моему удивлению, не вспылил, лишь понимающе наклонил голову и потрогал кончик носа в знак того, что оценил шутку.
— Ну хорошо, вот я здесь стою перед вами. Задавайте вопросы, но прежде скажите — как здесь обстоят дела с туристами? Есть ли среди вас представитель «Астрогида»?
— Странны твои речи, — вмешался в разговор Кутай. — Дурное имя изрыгнули твои скверные уста. Давно изгнаны с Тайлура хищные дельцы, память о которых оскверняет мысли...
— Уйми свое рвение, — сказал негромко Хранитель, и Кутай тут же умолк. — А