Кремль 2222. Северо-восток стр. 70
каждого своя судьба. И тут уж ничего не изменишь…
Я сложил на полу в доте двуручник, алебарду, шестопер и топор, подобрал арбалет и простенький колчан – этакую сумку, сплетенную из лыка. В общей сложности там оказалось всего три болта. Видно, остальное дамп расстрелял по девчонке.
Собрав все трофейное оружие в кучку, я принялся тщательно осматривать его. Топор так себе, металл, из которого он сделан, – дерьмо. Алебарда и шестопер тоже не пришлись мне по душе. Я все-таки мечи больше люблю.
Трофейный двуручник оказался выше всяких похвал. Но он тяжел, зараза, и неудобен – длинный очень. Его хорошо крепить в специальных ножнах на седле фенакодуса и обнажать только в бою. А на плече таскать запаришься. Нет, неудобно. Я отложил меч в сторону.
Девчонка все это время хмуро наблюдала за мной. А потом не выдержала:
– Ладно, чего ты от меня хочешь? Вы ж, лоси, ничего не делаете просто так.
Я разозлился. Нет, она нарочно нарывается, что ли?! Сперва мутантом меня обозвала, теперь лосем. И это вместо благодарности за спасение. Хоть бы «спасибо» сказала.
– Полегче, ладно? – посоветовал я. – Для таких, как ты, тоже название имеется.
– И какое? – с вызовом спросила она.
– У нас в Кремле таких обычно стервами зовут…
– Не ври, – девчонка внезапно расхохоталась. – В Кремле?! Ты хочешь сказать, что лоси и до Кремля добрались?
– Да хватит уже называть меня лосем!
– Почему тебе не нравится? – Девушка явно растерялась. – Вы же сами себя так зовете. Или ты из савеловских? Тогда извини. Я думала, ты – лось. Ведь савеловские вроде в район Екатерининского Сада не ходят.
«Слушай, а ведь она имеет в виду маркитантов, – догадался Лёнька. – Тут поблизости их две группировки: Савеловские и Лоси. Первые обосновались на Савеловском вокзале, а вторые, Лоси, на станции Лосиноостровская. Вернее, теперь-то уже никакой станции нет. А до Войны был железнодорожный узел, крупные склады, цеха по ремонту…»
– Погоди, – забывшись, я заговорил вслух. – Вы меня совсем запутали. Что за маркитанты? Какие такие «Савеловские Лоси»?
– Не знаешь? – удивилась девчонка. – Ты не из местных?
– Я дружинник. Из Кремля.
Девушка недоверчиво посмотрела на меня, а потом вдруг спросила с какой-то странной затаенной надеждой:
– Не врешь? В Кремле и в самом деле люди живут?
– Живут, – подтвердил я. – А ты сама откуда?
– Из Ниитьмы. Это тут, недалеко, в Марьиной Роще… Кстати, меня Алёной зовут… – Она улыбнулась и внезапно взяла меня за руку. – Богдан… кремлевец… настоящий… Я думала, что это все легенды. Никто из наших еще не забирался так далеко на юг. Знаешь, в легенде говорится, что в Кремле живут богатыри. Они очищают наш мир от нечисти. И пока держится краснокаменная крепость, Москва будет существовать.
Она отпустила мою руку, и я испытал невольное разочарование. Хотя взгляд, которым Алёна смотрела на меня, был необычайно приятен. Еще ни одна девушка не смотрела на меня так…
«Ну, распушил перья, петух общипанный, – тотчас съязвил Лёнька и напомнил: – Пчелкам-то она тебя подставила. И глазом не моргнула».
Алёна будто услышала его:
– Прости за пчел. Я думала, что ты маркитант. А они…
– Враги? – подсказал я.
– Не совсем. Вернее, от ситуации зависит. Савеловские тут особо не шарятся, а вот Лоси сплошь и рядом. Они торгуют