Кровь Амбера стр. 100
И тем не менее, ветры и звуки продолжали бушевать, и я ничего не мог разглядеть за темной стеной, кажется, медленно наступавшей на нас со всех сторон.
— Фактор ограничения еще явно не достигнут, — заметил я.
— Ты прав, — хохотнул он. — Хотя ты и остановился, но все равно перешел определенный критический предел, и поэтому теперь процесс бесконтролен.
— О, — проговорил я, — сколько же это может продолжаться, пока не сработает та упомянутая тобой система естественного ограничения?
— Это произойдет уже после того, как она полностью аннигилирует участок, где стоим мы, — ответил он.
— Она расходится во всех направлениях так же, как и направляется в эту сторону?
— Да.
— Интересно. Но КАКОВА же критическая масса?
— Мне придется показать тебе. Но сначала нам лучше подыскать новое место. Это исчезает. Возьми меня за руку.
Я сжал его ладонь, и он провел меня в другое Отражение. На этот раз я вызвал Логруса и произвел операцию, в то время, как он ограничивался наблюдением. На этот раз я не дал бы процессу стать бесконтрольным.
Когда все было закончено и я стоял, дрожа, глядя на созданный мною небольшой кратер, он положил мне руку на плечо и сказал:
— Как тебе известно в теории, это и есть конечная мощь, стоящая за всеми твоими заклинаниями. Сам Хаос. Но
работать с ним напрямую опасно. Однако, как видишь, возможно. Теперь, узнав это, ты обучен полностью.
Такая концовка была очень впечатляющая. К тому же она ужасала. И для подавляющего числа ситуаций, которые я мог представить, это скорее можно было сравнить с применением ядерного оружия для стрельбы по воробьям. Так вот сразу я не мог вообразить никаких обстоятельств, при которых мне захотелось бы прибегнуть к такой технике, до тех пор, пока Виктор Мелман действительно не разозлил меня.
Мощь продолжает интересовать меня во всех своих проявлениях, масштабах и стилях. Она была частью моей жизни столь долгий срок, что я считаю, что хорошо знаком с нею, но сомневаюсь, что когда-нибудь полностью ее пойму.
10
— Самое время, — сказал я тому, кто таился во тьме.
Последовавший за этим звук издал не человек. Это было тихое рычание. Я гадал, на что похож этот зверь, но был уверен, что нападение не заставит себя ждать. Однако, нападения не было. Вместо этого рык стих, и то, что таилось в темноте, заговорило вновь:
— Почувствуй страх, — донесся шепот.
— Почувствуй сам, посоветовал я ему, — пока еще можешь.
Судя по звукам, дыхание его было тяжелым. За моей спиной плясали языки пламени. Дым ретировался как можно дальше из поля зрения на противоположную сторону лагеря, насколько ему позволяла длина веревки.
— Я мог бы убить тебя, пока ты спал, — медленно произнес он.
— Ну и дурак, что не сделал этого, — отозвался я. — Это тебе дорого встанет.
— Я хочу посмотреть на тебя, Мерлин, — заявил он. — Я хочу увидеть тебя озадаченным. Я хочу увидеть твой страх. Я хочу увидеть твои муки прежде, чем увижу твою кровь.
— Тогда, как я понимаю, это дело личное, чем профессиональное?
Донесся странный звук, и лишь через несколько минут я понял, что это нечеловеческое горло пытается издать смешок.
— Давай условимся, что это так, маг, — ответил затем он. — Вызови свой Знак, и твоя сосредоточенность поколеблется. Я узнаю