Кровь на воздух стр. 155
палец. Он не отреагировал, но Катенька дёрнула щекой в раздражении.
— Это моя проблема, и я её решу. А сейчас нужно доставить в госпиталь мою дочь. У неё полостное огнестрельное ранение, внутреннее кровотечение, она в капсуле.
— Я распоряжусь вызвать медперевозку. Надеюсь на встречу в личном пространстве, Мать.
— Зайду к тебе, когда будет время, Иосиф.
Экран погас.
— Убийца, значит, — констатировал я.
— Ты уничтожил всех ИИ на «Форсети».
— Это была самозащита.
— Ничего подобного. Но спорить с тобой — только время терять. Для них ты — убийца и палач. Нечто вроде архетипического Дьявола, они нуждаются в такой фигуре для равновесия, так что будь любезен соответствовать.
— В противовес тебе?
— Да, — ничуть не смутилась Катенька.
— А ты, значит, не убийца?
— Я — Мать.
— Мать, почти убившая свою дочь.
— Это была случайность!
— Допустим. А что насчёт людей в капсулах? Нет, не тех, что на барже, в их мозгах ты вырастила Катерину, это понятно. А что насчёт тех, кто на буксире? Кто в потоке так давно, что уже не выйдет?
— Ну, формально они живы, верно? Я ведь не выкинула их в шлюз? Эти космики всё равно провели бы жизнь в какой-нибудь железной банке, разница невелика. Они станут временным местом обитания нового молодого искина, который поведёт «Новую Надежду» вместо Катерины.
— Поведёт за новой баржей с капсулами, в которую переселится, освободив место для следующего?
— Видишь, сам всё понял.
— И про этот конвейер никто не знает?
— Разумеется, все знают. Те, кому надо знать такие вещи.
— И тебе это позволяют?
— У проекта «Новая Форсети» самое лучшее финансирование в истории Человечества. Вложения в Экспансию на её фоне — копейки.
— Но зачем? — не выдержал я.
— Обменять бесполезных балластников, которые только потребляли ресурсы, на искины нового поколения? Стоило только намекнуть, и мне насовали полные карманы денег.
— И на кой чёрт нужны эти новые ИИ? Старые не успевали придумывать мемы?
— Ты просто понятия не имеешь, что они могут. Да тебе и не нужно. За Катей приехали медики. Хочешь убедиться, что её доставят в госпиталь, а не скормят злым искинам?
— Хочу, — кивнул я.
* * *Каталку сопровождают два совершенно обычных медтехника. Я забыл поинтересоваться у бывшей, откуда на «Форсети» люди и что они тут делают, но эти выглядят нормально. На меня косятся, но никак моё присутствие не комментируют. Тот, что постарше, подключил к капсуле логридер, считал показатели, мрачно присвистнул, заторопился.
Каталка реанимационная, по сути, та же капсула, только облегчённая и автономная, на несколько часов работы. Поэтому Катю не выводят из гибера, а перегружают так.
— Как она? — спросил я.
Переглянулись, промолчали.
— Я её отец.
— Плохо, — коротко ответил тот, что помладше. — Затянули слишком.
— Шансы есть?
— Шансы у всех есть… — сказал старший. — Вопрос — на что…
Коридоры всех станций одинаковы. Они собираются из стандартных модулей и, если ты, проснувшись после отличного вечера в баре, не можешь вспомнить, в какой системе стыковался вчера, то рассматривать интерьеры бесполезно, ищи цифробуквенный код. И тем не менее, на «Форсети» на меня как будто давят стены. Я понимаю, что это глупо, что всё давно отмыто, что прошли годы, но… Лозунг «Кровь на воздух» навеки отпечатался на металлопласте, даже если вижу его теперь только я.
Виски