Кровавый сад стр. 33
помогла ему забраться в салон, потом села рядом и принялась вытирать ему кровь бумажным платочком, который нашла в кармане.
– Это двадцать четвертая «Волга»? – вдруг спросил Рома, когда машина тронулась.
– Разбираешься? – поинтересовался таксист.
– Немного. Раритет. Думал, таких уже не бывает.
– От отца досталась, – после небольшой паузы сказал водитель.
Тома наконец осмотрелась. Действительно, салон авто выглядел как-то не так. Спинки сидений низкие, руль тонкий, панель отличается от тех, что Тома видела раньше.
– Приехали, – сказал таксист, и машина остановилась.
Причем остановилась она точно у подъезда Тамары.
– Я думала, мы поедем в больницу, – пробормотала Тома, осматривая собственный сумеречный двор.
– Двигай домой, а мы сами разберемся, куда ехать. – И таксист стал демонстративно постукивать пальцами по рулю, как бы намекая, что не намерен долго ждать, пока Тома выйдет из машины.
Девушка посмотрела на Рому, у которого на губах кровь уже запеклась, а вот рана у глаза еще влажно краснела.
– Ничего страшного, – успокаивающе повторил Рома. – Зубы на месте, кости целы. А ссадины заживут, не в первый раз.
– Слышала? – грубовато спросил таксист. – Все, чеши отсюда.
– Ладно, – в глубине души Тома обиделась. – Спасибо вам. И всего доброго.
Таксист что-то хмуро буркнул в ответ, а Рома кроваво улыбнулся на прощание. Тома вышла из машины, и «Волга» неторопливо растворилась в ночи.
– Это что за машина? – вдруг спросил мамин голос, да так неожиданно, что Тома со вскриком подпрыгнула. Оказалось, родители подошли к подъезду с другой стороны.
– Да так, – неопределенно махнула рукой Тома. – Такси.
– А говоришь, мало платят, – усмехнулся отец, подталкивая маленького Костика к Томе.
Мама еще раз посмотрела вслед уехавшей машине, потом пожала плечами и двинулась к подъезду.
Первым делом Тамара наконец-то приняла душ. Несказанно приятно смыть с себя пот, грязь от работы и жуткие воспоминания о сегодняшних вечерних приключениях.
Правда, полностью избавиться от них не удалось. Когда сели ужинать, мама включила телевизор и сразу убавила звук, чтобы не мешать отдыхающей Ульяне. Но и без комментариев Тома мгновенно узнала машину компании, пассажиры которой прицепились сегодня к ней и Роме. На всякий случай девушка попросила прибавить громкость.
Покореженное авто доставали из воды, попутно рассказывая, что ни водитель, ни пассажиры не выжили, и вообще не ясно, как машина умудрилась угодить в парковое озеро. Судя по всему, пьяный водитель выломал калитку, гнал автомобиль по пешеходным аллеям, потом заехал на мост, пробил ограждение и кувырнулся в воду. Теперь из разбитых окон и болтающихся дверей стекали мутные водопады, а с колес и бампера свисали длинные мокрые сопли водорослей.
Потом водолазы в лоснящихся костюмах и с баллонами за плечами за руки и за ноги вытащили из озера синюшно-бледного главаря компании в мокрой прилипшей одежде. Еще двое уже лежали рядом на берегу, накрытые черным полиэтиленом.
– Выключи ты эту жуть, – поморщилась мама, забирая у Томы пульт. – Что там творится-то, в этом парке. То кости под яблонями, то вот машина утонула.
– Ты уже слышала? – слабо спросила Тома. – Про кости?
– Все слышали, – фыркнул отец. – Все паблики этим забиты. Ты бы хоть иногда в интернет выходила.
Тома только молча продолжила жевать. Она так и не решилась рассказать родителям о сегодняшних приключениях на Божедомке. Даже сильно сокращенная версия могла вызвать шквал критики и упреков в легкомыслии, тупости и умении