Кровавый сад стр. 42
всю дорожку от края до края.
– И ведь не всыплешь им, – почти шепотом проговорил Рома, глядя на эту компанию. – Они же дети. Не тронь, а то пойдет вонь.
За спиной снова послышались странные звуки, Тамара опять развернулась. И нет, это была не парковая нечисть. Хотя как посмотреть – остальные ребята из той компании, которые травили старушку, развязно шли по дорожке прямо навстречу своей розововолосой подружке со свитой. И, судя по всему, подростки намеревались сойтись ровно там, где стояли Тома и Рома.
Девицы орали громче всех, подпрыгивая и делая странные движения, вроде ударов по воздуху. Правда, предводительница с розовыми прядями была настолько неуклюжей, что пару раз чуть не упала. А с другой стороны так же отрывисто что-то выкрикивали и агрессивно подскакивали парни.
– А ты, наверное, в школе отличницей была? – ни с того ни с сего поинтересовался Рома, глядя то в одну сторону, то в другую.
– Золотая медаль, а что? – не поняла вопроса Тома.
– Значит, бегаешь хорошо. Валим отсюда. – И Рома обхватил Тому за плечи, столкнув с брусчатки в холодную, сырую и высокую траву.
Рома тащил Тому в сумеречную парковую глушь, и девушка еле успевала переставлять ноги, промокшие уже до колен. Подол платья тоже отсырел и прилип к коже. И тут до Томы дошло, куда именно они направлялись. Она резко остановилась и крикнула:
– Я туда не пойду! Там трупы нашли!
– Да здесь кругом трупы были, – процедил Рома, подталкивая Тамару вперед. – Парк стоит на костях!
– Что?! – вырвалось у девушки, она хотела было остановиться, но полицейский продолжал настойчиво подталкивать ее в спину, так что невозможно было ни выдохнуть, ни осмотреться.
Позади звучали резкие выкрики, приправленные матом и угрозами, трещали ветки, кто-то улюлюкал. А впереди сомкнулась туманная мгла, до которой не доставали солнечные лучи. И руин бывшей танцплощадки не видно – все мутное и промокшее.
И тут прямо перед Томой выросли красные каменные стены. Окна, крыльцо с колоннами, ступеньки, массивные двери.
– Это еще что? – потеряв голос, прохрипела Тома, все же затормозив.
– Ничего хорошего, – отозвался Рома. Он остановился рядом и изумленно уставился на дом, окутанный серым влажным туманом.
Над головой раздалось хриплое карканье, потом что-то громко захлопало. Тома от неожиданности присела на корточки, глядя вверх, где вроде бы мелькнула большая крылатая черная тень.
Рома пришел в себя первым. Он дернул Тому за руку так, что она резко вскочила, и снова куда-то потащил. Тома все пыталась вывернуться из сильной хватки, да и рука заболела, но Рома упрямо волок ее куда-то сквозь заросли высоченной травы и темнеющих кустов, поблескивающих влагой от прошедшей грозы.
Наконец деревья стали редеть, впереди показалось открытое пространство, тоже подернутое туманом и сумерками. Будто не обеденное время августа, а вечер ноября.
Вдруг Рома сгреб Тамару в охапку, толкнул ее к дереву, выглянул из-за раскидистых ветвей и изумленно замер. Тома, тоже обернувшись в ту сторону, вмиг забыла о возмущении.
По широкой дорожке плавно двигалась черная карета, запряженная двумя огромными лошадьми. Кучер привычно сидел на облучке, замотанный в плащ с капюшоном. Зато позади экипажа семенила громоздкая фигура предводителя банды с Божедомки. Того, кто избил Рому, а потом утонул в озере.
Кучер указал кнутом куда-то вперед, и мужчина послушной трусцой отправился