Кровавый сад стр. 49
Тома.
– Всего хорошего, – светски попрощалась Вальпургия Карловна.
– Пока, – просто сказал Рома. – Точно не хочешь, чтобы я тебя проводил?
– Точно, – отрезала Тома, развернулась и помчалась прочь, как можно дальше от этого жуткого места.
На одном дыхании девушка пробежала всю Божедомку до выхода к парковке у парка, все еще затянутой стылым туманом. А вдруг где-то там прячется черная карета Доры Гориной? Хотя чего ее теперь бояться, у нее есть оберег. Вспомнив о нем, Тома нащупала бусины в кармане и крепко сжала их в кулаке.
Главное, дома спрятать эту «лестницу» получше, чтобы родители не нашли. Услышав из парка отдаленный женский крик и скрип колес кареты, Тома еще сильнее сжала в руке оберег и рванула прочь от парка.
Она пробежала мимо церкви, детского сада и пересекла дворы. Забежала на территорию дома, вошла в подъезд, поднялась на свой этаж. Порадовалась, что по пути ее никто не заколдовал, не сожрал и не принес в жертву.
Войдя в квартиру, Тома первым делом заперла дверь на все замки и проверила, плотно ли закрыты окна. Только после этого девушка выдохнула.
В ванной Тамара осмотрела себя при нормальном ярком свете. Н-да. Вид потрепанный. Как будто она до дома добиралась не полкилометра от парка, а ехала сюда с другого континента на корабле, дралась с пиратами, потом передвигалась на поезде в вагоне с углем, отбиваясь от разбойников, да еще шла пешком через топкие болота.
Закинув платье в стиральную машину, Тома набрала ванну с успокаивающей пеной, заставляя себя проговаривать каждое действие и называть каждый цвет и ощущение, как учили на онлайн-курсах по борьбе с тревожностью и депрессиями. Все это выгоняло из головы ненужные мысли. Хотя они все равно спрячутся в дальнем темном уголке, чтобы выпрыгнуть оттуда в самый неподходящий момент и напугать до заикания.
Приняв ванну, Тома заставила себя съесть йогурт и пошла спать. Думала, что уснуть не сможет, как обычно в полнолуние и ближайшие дни.
Но нет – девушка провалилась в сон сразу, как только легла. Поспать ей, впрочем, не дали.
Тома проснулась от песен, звучавших с улицы. Девушка пришла в себя и обомлела – она оказалась не дома, в своей постели, а на кровати в квартире Вальпургии Карловны.
Глава 11. Похороны в палисаднике
Несколько минут Тамара лежала неподвижно на высокой подушке и рассматривала потолок со старомодной люстрой, шторы на окнах с деревянными рамами и черно-белые фотографии, развешанные по стенам. Массивный резной светлый шкаф с зеркалом, стол-бюро со множеством полочек, кресло с гнутыми подлокотниками. Как она вообще тут оказалась?
Тома рассчитывала, что выспится и весь жуткий день на Божедомке и в парке окажется всего лишь кошмаром. И вот, получите.
Кое-как приподнявшись на скрипучей койке, Тома свесила ноги и нащупала тапочки. Так, стоп. Если она каким-то непостижимым образом осталась ночевать у Вальпургии Карловны, то почему на ней ее собственная пижама? И мягкие тапки-кролики? У бабули не может быть комплекта ее вещей.
Надев тапки, Тома направилась к окну, откуда доносились песни, которые выводили множество женских голосов на непонятном языке. Наверное, это какой-то местный мазычский говор.
Отодвинув штору, Тома увидела во дворе странную процессию: на какой-то белесой поверхности лежал бывший главарь местной банды. Голова у него