Кровавый сад стр. 70
и приходи завтракать.
Тома послушно поплелась в ванную, которую тоже не запомнила. А ничего так помещение, большое и светлое. Тут можно еще сауну и бассейн устроить. Маленький, как в банях, но все же. Интересно, у кого-нибудь из жителей Божедомки такой есть?
Бабуля, оказывается, уже накрыла в большой комнате стол: глазунья, кофе, густые сливки, масло, козий сыр, тосты.
– А где мое платье? – спросила Тома, осматриваясь.
Вальпургия Карловна указала на стул, где висело постиранное и выглаженное платье. Содержимое карманов оказалось на месте. Тома быстро переоделась и причесалась, пусть и без пенок и воска. Волосы сразу скрутились в тугие пружинки, но сейчас ее это не беспокоило.
– Вы мне поможете найти Изи? – спросила Тамара после прекрасной яичницы, когда бабуля разливала кофе.
– Найдем, не переживай. – Вальпургия Карловна чинно добавляла тягучие сливки в чашку.
– Вы так спокойно об этом говорите, – вяло усмехнулась Тома.
– А ты не гоношись. – Бабушка подвинула кофейную чашку девушке. – Хорошей хочешь быть. Всем все равно не угодишь.
– При чем здесь… – Тома только махнула рукой.
– При том. – Вальпургия Карловна взяла пшеничный тост. – У каждого свои демоны. А если все время их запирать, они будут безостановочно искать выход и могут выпрыгнуть в самый неподходящий момент. Знаешь, почему говорят: «Бойтесь гнева терпеливых»?
– Ну? – спросила Тома, подпирая голову рукой.
– Во-первых, убери локоть со стола, – строго произнесла Вальпургия Карловна. – А во-вторых, слушай. Если будешь все время подавлять свои порывы, то рано или поздно взорвешься. И тогда твои демоны тебя сожрут. Поэтому лучше с ними примириться. Признай, что и у тебя есть темная сторона. Ты, в конце концов, не обязана быть идеальной.
Тома молчала. Ее всю жизнь учили быть хорошей девочкой и ругали даже за самый пустячный проступок. В конце концов она научилась держать себя на цепи и теперь сама отвешивала себе затрещины за любую оплошность, пусть и случайную.
Теперь к длинному списку проступков добавилось чувство вины за то, что стряслось с Изи.
– Да, мамаша тебя выдрессировала. Правильно, у нее должна быть идеальная дочка, чтобы новый муж не обиделся. Кому нужен трудный, неудобный ребенок. – И бабуля с аппетитом захрустела тостом.
– Так что, нужно делать все, что захочешь? Всегда считать себя правой? – с вызовом спросила Тома. – И думать только о себе?
– Нет, конечно, – спокойно ответила бабушка. – Если будешь так жить, твои демоны уничтожат тебя еще быстрее. Живого места не оставят. Сама превратишься в нечисть.
– Как Дора Горина? – уже мягче спросила Тома. – Или как тот, которого вы в саду зарыли?
Вальпургия Карловна внимательно посмотрела на Тамару, а потом кивнула:
– Да, как Дора Горина. В ней человеческого давно не осталось. А этот, в саду, сейчас как раз проходит очистку.
– И чем тогда сад Гориной отличается от вашего? – подалась вперед Тома. – Это же одно и то же.
– А вот и нет, – улыбнулась бабушка, наливая себе еще кофе. – Мертвый сад Гориной – это насилие и над человеком, и над природой. Жертва нечисти. А у нас, если хочешь, чистилище. Мы же не отлавливаем этих блуждающих – сами приходят. Или нарываются. Земля и мать-природа сами делают свое дело, мы только помогаем. Без ненависти, ясно?
Тома кивнула, хотя ей не было ясно. Поэтому она просто перевела разговор на