Круиз на краю бездны стр. 28
до моего рождения. А меня отобрали и увезли в детдом. Мама забрала меня оттуда в пятидесятом году, привезла в Касимов, некуда ей было больше податься. Пока она еще работала бухгалтером, подружилась с одной женщиной. Алевтина Федоровна ее звали. Мама Аля. Когда в пятьдесят втором году маму снова арестовали, я осталась с той. Фактически она стала мне второй матерью. Она и фамилию мне свою дала, так что из Анны Финист я превратилась в Анну Христенко.
– А маму свою вы больше никогда не видели? – У Таисии даже горло перехватило от этого горького рассказа.
– Да ты ешь клубнику. – Анна Михайловна заметила, что девушка не может проглотить ни кусочка. – Ишь ты какая. Переживательная. Маму мою после смерти Сталина реабилитировали, и она вернулась в Касимов. Худая была, черная, иссохшая. Я ее, признаться, боялась, все пряталась в юбки мамы Али. Мама смирилась, что фактически меня потеряла. Ее гораздо больше волновало, что она потеряла возможность выйти на сцену. Впрочем, ей помогла Тимирева. Мама уехала к ней в Москву и начала сниматься в кино. В эпизодах, разумеется, но все же. Во многих советских фильмах снялась. Ты их можешь найти, если забьешь в поисковик Генриетту Финист.
– Я посмотрю, – пообещала Таисия. – А вы? Вы с ней в Москву переехали?
– А я осталась в Касимове, с мамой Алей. Мама в Москве дворником работала, жила в каморке. Потом мама Аля умерла, а я замуж в первый раз вышла, но это уже другая история. Нет, ты не подумай, с годами наши отношения с мамой, конечно, наладились. Она мне со своих киношных гонораров всегда подарки в Касимов привозила. Цветные платки, шали, бусы. Она любила яркое, как сорока была до самой старости. Умерла в семьдесят восемь лет. Столько же, сколько мне сейчас. Ладно, заболтала я тебя. Ешь клубнику, Тасенька.
Она отвернулась и смотрела на воду, словно в ней было невесть что интересное. Блеснул на солнце камень в старинном кольце. Неужели все-таки изумруд? Таисия чувствовала: что-то неощутимо изменилось. Словно Анна Михайловна уже жалела, что рассказала случайной попутчице историю своей матери. Интересно, почему. Для себя Таисия решила, что обязательно найдет в интернете все, что можно, про актрису Генриетту Финист. А может, и фильмы с ее участием посмотрит. Все равно в отпуске делать нечего.
Ей вдруг стало любопытно, как из города Касимова ее новая знакомая очутилась в Сибири. Но в ту часть прошлого, которая касалась ее самой, Анна Михайловна допускать собеседницу не спешила. Ну и ладно. Лезть с расспросами к малознакомому человеку неприлично.
За разговорами время пролетело незаметно. Теплоход издал гудок, и началась та самая суета, которая всегда происходит с отправлением от пристани. Таисия немного огорчилась, что «Прощание славянки» на этот раз не играли, наверное, от того, что плыть им предстояло всего полтора часа, а затем будет очередная часовая стоянка, теперь уже на Южном речном вокзале, где теплоход, как знала Таисия, должен принять на борт новых пассажиров.
Круиз вообще был свободным. Новые туристы могли взойти на борт в любом из населенных пунктов, где планировались стоянки, и провести на борту кто три, кто четыре, кто шесть ночей. Далеко не все путешествовали по полному кругу. Шестнадцать дней в путешествии –