Крупица истины стр. 3
хода. Ведьмак мягко соскочил на землю, пошел дальше пешком, ведя лошадь за узду. Увидел стену.
Между стеной и лесом не было промежутка, различимого разрыва. Молодые деревца и кусты можжевельника переплелись листьями с плющом и диким виноградом, уцепившимся за каменную стену. Геральт задрал голову вверх. И в тот же момент почувствовал, как к шее щекоча, поднимая волосы, присасывается и ползет невидимое, мягкое создание. Он знал, что это было.
Кто-то смотрел.
Он повернулся. Осторожно, не спеша. Плотка фыркнула, мышцы на ее шее задергались, заходили под кожей.
На склоне холма, с которого он только что съехал, неподвижно стояла девушка, опершись одной рукой на пень ольхи. Ее белая ниспадающая до земли юбка контрастировала с блестящей чернотой длинных, распущенных волос, ложившихся на плечи. Ему показалось, что она усмехается, но он не был в этом уверен - было слишком далеко.
- Здравствуй, - сказал Геральт, поднимая руку в приветственном жесте. Он сделал шаг в сторону девушки. Та, слегка повернув голову, следила за его движениями. Лицо у нее было бледное, глаза черные и огромные. Усмешка, если это была усмешка, исчезла с ее лица, как стертая тряпкой. Геральт сделал еще один шаг. Зашелестели листья. Девушка сбежала как серна по склону, промелькнула между кустами лещины и стала лишь белой полоской, исчезнувшей в глубине леса. Длинная юбка, кажется, совершенно не стесняла свободы ее движений.
Кобыла ведьмака плаксиво заржала, вскинув вверх голову. Геральт, все еще глядя в сторону леса, привычно успокоил ее Знаком. Ведя лошадь под узду, пошел дальше, медленно, вдоль стены, утопая по пояс среди лопухов.
Ворота, солидные, обитые железом, посаженные на проржавелых петлях, были снабжены большой латунной колотушкой. Чуть поколебавшись, Геральт протянул руку и дотронулся до позеленевшей колотушки. И тут же отскочил, потому что ворота начали отворяться, скрипя, со скрежетом, разгребая в обе стороны пучки травы, камешки и ветки. За воротами никого не было - ведьмак видел только пустой двор, заброшенный, заросший крапивой.
Вошел, ведя лошадь за собой. Ошеломленная Знаком кобыла не упиралась, однако ступала неуверенно, на негнущихся ногах.
Двор с трех сторон был окружен стеной и остатками деревянных подмостков, четвертую образовывал фасад особняка, испещренный оспой отвалившейся штукатурки, грязными подтеками, гирляндами плюща. Ставни, с которых облезла краска, были закрыты. Двери тоже.
Геральт перебросил поводья Плотки через столбик возле ворот и медленно пошел в сторону особняка по гравийной аллейке, ведущей мимо бассейна небольшого фонтана, на причудливом цоколе которого напрягся и выгнул вверх оббитый хвост дельфин, высеченный из белого камня.
Близ фонтана, на чем-то, что очень давно было клумбой, рос куст
розы. Ничем, кроме цвета бутонов, куст этот не отличался от других кустов розы, какие приходилось видеть Геральту. Бутоны составляли исключение - они имели цвет индиго, с легким оттенком пурпура на концах некоторых лепестков. Ведьмак дотронулся до одного цветка, приблизил лицо, понюхал. Бутоны пахли обычным для всех роз запахом, только несколько более интенсивно.
Двери особняка - и одновременно все ставни с треском распахнулись. Геральт резко поднял голову. По аллейке, скрежеща гравием, прямо на него неслось чудовище.
Правая рука ведьмака молниеносно взметнулась вверх, выше правого плеча, в тот же самый момент левая сильно рванула за ремень на груди так, что рукоять меча