Крушение "Мэри Дир" стр. 30
я снова встал за штурвал. К этому времени я уже валился с ног. Ночь в котельном отделении была адом, особенно последний час, когда я, весь взмокший, вертелся около горящей топки.
Направление отлива изменилось, и мелькающий бакен приближался к нам не с самой удачной стороны. Вскоре рассвело, и я увидел сам бакен, одно из тех ко-лонноподобных сооружений, которые используют французы. Я подумал, что даже сквозь свист ветра можно уловить его траурное, словно похоронное завывание. Нам надо было пройти по меньшей мере в полумиле от него. Я сверился с картой, вызвал Патча по переговорной трубе и попросил его подняться.
Казалось, прошло немало времени, прежде чем он появился на мостике, волоча ноги, как тяжелобольной, только что поднявшийся с постели. Меняясь вахтами ночью, я заметил, что он похож на призрак, но решил, что это из-за тусклого освещения. Теперь же, увидев его при свете дня, я ужаснулся его мертвенной бледности.
– Да вы же едва стоите на ногах!
Он непонимающе уставился на меня. Наверное, я и сам был не лучше.
– В чем дело? – спросил он.
Я указал на бакен Минкис, примерно в четырех румбах от носа по правому борту.
– Мы заходим слишком далеко в глубь рифов! – сказал я. – В любой момент нас может
выбросить на скалы Брессан-дю-Сюд!
Он прошел в рубку, а я остался ждать, когда он пошлет меня вниз запустить машину. Прошло довольно много времени, но Патч не появлялся; решив, что капитан заснул, я позвал его. Но он сразу же ответил, что, мол, наблюдает за бакеном в окно и обдумывает дальнейшие действия.
Отлив уже начался. Наше положение относительно бакена изменилось. Теперь он был почти на траверзе. Патч вышел из рубки.
– Все в порядке, – спокойно сказал он, – глубина еще достаточная.
Ветер подхватил корму, и судно начало медленно поворачиваться. Менее чем в двух кабельтовых от нас над подводной скалой крутился водоворот. Тяжелые волны наплывали одна на другую, поднимая высокие стены брызг. Одна огромная волна ударилась о борт и обрушилась на переднюю палубу. На мостик полились тонны воды; судно встряхнуло, как скорлупку.
– Разве мы не будем запускать машину? – поинтересовался я.
Патч стоял спиной ко мне и пристально вглядывался в правый борт.
– О Господи! – заорал я. – Нас же несет прямо на Минкис!
– Пока все в порядке, – ровно сказал он, словно успокаивая меня.
Но я не верил ему. Как может быть все в порядке? Впереди рифы и мили подводных скал. Стоит нам наскочить на них…
– Надо что-то делать! – в отчаянии простонал я. Он не ответил, а продолжал рассматривать в бинокль
море за кормой.
Я не знал, что предпринять. Внешне он казался спокойным и вроде бы контролировал ситуацию, но я-то видел, что его физические да и моральные силы полностью исчерпаны.
– Нам надо обойти Минкис, – пытался я внушить ему. – Когда мы обойдем Минкис, все будет в порядке! – Я бросил штурвал и направился к сходному трапу. – Пойду запущу машину!
Но, когда я поравнялся с Патчем, он схватил меня за Руку:
– Вы что, ничего не понимаете? Мы идем ко дну! – Его лицо было таким же каменным, как и пристальный