Крылья для двоих стр. 74
а лицо Олеси приобрело удивленное выражение, и, проклиная все на свете, плеснул себе в стакан воды. Идея прийти сюда оказалось самой неудачной за последнее время, если не считать пари на «раскрут» сидящей рядом «монашки». Ему кусок в горло не лез, на друга было даже стыдно смотреть, а на Олесю просто не хотелось. При близком знакомстве она оказалась на редкость надоедливой особой с притворной нравственностью. И уж она могла быть чьей угодно невестой, но только не Господа, в чем он имел неосторожность убедиться.
Они молча пили чай, сама Катя ничего не ела, ее взгляд осторожно покоился где-то в районе шеи Артура, отчего тот ощущал себя неловко. Олеся наелась, прильнула к нему, и стало совсем невыносимо. Глеб с видом мученика жевал печенье сестры и ни на кого не смотрел. Артур видел его таким уже два дня, но в чем дело, друг не рассказывал, отделывался дежурными фразами вроде: «все нормально», «не парься».
– А где ваши родители? – полюбопытствовала Олеся.
– На даче, – охотно ответила Катя, – так что можем до ночи сидеть.
Брат раздраженно фыркнул.
– Как там написано в твоей любимой книжке для маленьких принцесс? Спать нужно ложиться в девять часов, чтобы кошмарики не снились. Так?
– Ну, хватит уже, Глеб! – рассердилась девочка. – Если тебя бросила девушка, я же не виновата!
– Дуреха, это тут ни при чем!
Олеся оживилась.
– Тебя кто-то бросил?
– Бред больной фантазии моей сестры, – насмешливо улыбнулся Глеб. – Малышке даже невдомек, что можно огорчаться по какой-то иной причине. Что с нее взять, детский сад, штаны на лямках!
– Да не такая она и маленькая, как ты пытаешься нам тут втереть. – Олеся взглянула на девочку. – В каком ты классе?
– В шестом.
– Ну вот...
Артур не выдержал и поднялся.
– Нам, короче, пора, – перебил он девушку.
Ему показалось, что друг улыбнулся с благодарностью, поэтому пресек всякие возражения со стороны Олеси.
– Спасибо за чай и печенье, – не глядя на расстроенную сестру друга, сказал он, прежде чем выйти в коридор.
Катя вскочила.
– Я провожу! – Но брат грубо толкнул ее на табуретку и прошипел:
– Не зли меня лучше.
Дальше Артур слушать не стал. Он быстро оделся, распрощался с Глебом и утащил медлительную Олесю.
– Ну и псих! – были первые слова девушки, когда они вышли на улицу.
– Вообще-то Глеб мой лучший друг, – обиженно заметил Артур.
Олеся, точно не слыша его, пробормотала:
– Вот кто на тебя так плохо влияет. Нужно уже что-то с этим делать...
– О чем ты?
Она взглянула на него и недовольно поджала нижнюю губу.
– Не шаркай, Артур, это невыносимо!
– Хочу и шаркаю, – огрызнулся он, нарочно проводя подошвой кроссовки по асфальту.
Они медленно шли вдоль оживленного шоссе, Олеся висла у него на руке, болтала о школе, о подружках, а парень размышлял. Не о девушке рядом, не о друге и даже не о милой Кате – совсем о другой девушке, которая неожиданно за ничтожно короткий срок стала неотъемлемой частью его жизни.
– К тебе? – спросила Олеся, заглядывая ему в глаза.
– Не-ет... – он задумчиво посмотрел на нее, – у меня дела.
– Ночью? Какие?
– Ты меня контролируешь? – вопросом на вопрос ответил Артур.
Больше они не разговаривали. Она давала понять, что обиделась, а он – что ничего понимать не