Крылья Родины стр. 97
десантникам тоже пришлось туго. — Анатолий кивнул.
— Тут всем досталось. — Адмирал подтвердил. — Дроны эти, что с корабля стартовали, ухитрились как-то два зенитных дивизиона подчистую вытоптать. Хорошо хоть расчеты сидели аж в километре от позиций. Но ты молодец. Все правильно сделал. Об инопланетянах этих не беспокойся, устроим в лучшем виде. Через пару дней с ними начнут работать наши специалисты, а пока поживут в пансионате.
— А парень этот, десантник?
— А что десантник? — Алексей Егорович пожал плечами. — Получит еще одну маленькую звездочку на погоны и побольше на грудь, и вперед, служить отчизне. Естественно, перед этим напишет и расскажет все подробно.
— Хороший парень. — Анатолий улыбнулся. — Когда он стоял за спиной, было такое ощущение, словно там как минимум танк.
— Хороший. — Воропаев согласился и встал. — Все, собирай своих бандитов и двигай на базу. Через три дня жду вас в Москве на награждении, а оттуда сразу отправитесь на юг. И чтобы две недели я о вас ничего не слышал. А вообще молодцы, ребята.
— Рад стараться, ваше высокопревосходительство. — Барков вытянулся по стойке смирно.
— А будешь выступать, закатаю в самый глубокий бункер, а вход завалю, — добавил Воропаев и вышел из кабинета.
— Никакой благодарности. — Анатолий вздохнул и, допив в два глотка свой чай, тоже вышел.
Того, что Анатолий подразумевал под отдыхом, конечно, не получилось. Баркову пришлось постоянно мотаться и в Москву, и в другие города. Выделенный ему двухмоторный реактивный Як-340 УБ не стоял ни дня, но зато он побывал и у курсантов кадетской школы, готовившей летчиков, и несколько раз гостил у своих «крестников» — бежавших с Тиграс нигонцев.
Не видевшие за всю свою жизнь нормальной природы, беженцы наслаждались видами леса и могли часами бродить по примыкавшему к пансионату парку или плескаться в открытом подогреваемом бассейне. Ровно и спокойно относясь ко всем работавшим с ними специалистам, Баркова члены маленькой колонии встречали как благодетеля и иначе чем Высочайший не называли.
Ниронцы выполнили свое
обещание, и прорывов действительно стало на порядок меньше. Теперь приходилось поднимать истребители максимум раз в неделю, а количество вражеских кораблей было совсем небольшим. И хотя Ветрон утверждал, что это всего лишь передышка, но именно ее и не хватало стране, измученной войной.
Посадив маленький верткий самолет на ведущее к пансионату шоссе, Барков зарулил на площадку и, поздоровавшись с техниками, пересел на открытый электрокар, быстро домчавший его до жилых корпусов.
Население пансионата сильно увеличилось, и для части специалистов уже строили дополнительное жилье. На каждого беженца приходилось по три-четыре землянина, но все были заняты. Нигронцы в системе Комплекса занимали место руководителей технических подразделений и могли рассказать очень многое о технике, которая на несколько поколений опередила земную.
Более трехсот лет назад Комплекс поглотил их родную планету, и от всего десятимиллиардного населения осталось лишь двести десять нигронцев. Но не все решились на побег, и кое-кто из соплеменников Ветрона остался на Тиграсе.
Все это Ветрон — неформальный глава колонии — рассказал Анатолию еще при первом его посещении пансионата. Он тогда с гордостью показал новенькую карточку — паспорт гражданина России и расспрашивал его о жизни страны. Барков догадывался, что нигронец просто собирал информацию, расспрашивая всех, до кого мог дотянуться, но ему нечего было скрывать. Кроме того, телевизионные