Крысиный король стр. 120
слова говорить, блин, ни одного слова, чтобы ты не проболтался, парень. Ну получишь ты мою жалостную историю, старик, если тебе легче станет от этого.
Сол разглядел в темноте, что Крысиный король повернулся к нему. Теперь он видел лица всех троих. Двое наверху — один сидел на корточках, другой болтал ногами, как ребенок, — а третий, внизу, сердито поглядывал из угла.
Сол откинул веревки и сел в углу напротив Крысиного короля, подтянув колени, будто защищаясь от возможного нападения, и приготовился слушать.
— Знакомься, это мои товарищи, — сказал Король.
Сол посмотрел наверх. Поймавший его так и сидел на корточках.
— Моя зовут Ананси, цертенок.
— Старый китаеза Ананси, — продолжил Король. — Этот господин, похоже, спас твою шкуру от головореза, который шел за тобой.
Солу было знакомо это имя. Он вспомнил, как, расположившись тесным кружком, малыши тянули чуть теплое молоко из маленьких бутылочек, внимая своему учителю с острова Тринидад, который рассказывал классу о паучке Ананси. Больше он ничего не помнил.
Рыжеволосый стоял теперь, легко балансируя на узкой металлической кромке контейнера. Заведя одну руку за спину, он отвесил глубокий поклон. На нем были безупречно скроенный, плотно облегающий тело костюм бордового цвета, белая рубашка с жестким воротничком, темные подтяжки и галстук с цветочным узором. Одежда была стильной и безукоризненно чистой. Сол снова обратил внимание на его странный акцент, в котором сквозили сразу все европейские наречия.
— Лоплоп представляет Лоплопа, — сказал он.
— Лоплоп или Хорнебом, Предводитель птиц. Мы возвращаемся длинной дорогой, и не все гладко у нас на пути. Когда я увидел, что тебя нет, то вызвал этих парней. Ты доставил нам много хлопот, сынок. Итак, ты хочешь историю про Крысолова.
— Пауколова, — мягко добавил Ананси.
— Птицелова, — выпалил Лоплоп.
Сол сидел неподвижно, внимая Крысиному королю. Тот откинулся назад.
— Знаешь, у каждого из нас — у Ананси, у Лоплопа и у меня — были свои поклонники. Лоплоп как-то баловался с одним мазилкой, а вот я всегда неровно дышал к виршеплетам. Если ты почитывал когда-нибудь стишки, может, тебе и попалась где моя история, потому как я ее уже рассказывал тут одному типу, а он возьми да и запиши ее с моих слов для детишек — так и назвал ее, «сказка для детей». Да мне фиолетово, как там она называется. Называй, как хочешь. Но услышал он ее от меня.
Знаешь, я не всегда жил в Смоге. Я жил повсюду. Я жил здесь, когда Лондон только зарождался, но очень долго он был просто скоплением убогих домишек, поэтому я собрал свою стаю и надолго удрал с этого корабля. Твоя мамочка где-то недурно проводила время, пока я со стаями верноподданных сломя голову носился по Европе в поисках приличного места, мой плащ залоснился. Одно подергивание моего хвоста, и сомкнутые шеренги крысиного племени шли на запад, на восток, куда бы я ни приказал. Мы шли через заливные луга, по полям Франции, по холмам Бельгии, по равнинам вблизи Арнема и добрались до Германии, хотя тогда она еще так не называлась.
И вот мы наконец осмотрелись, в животах урчало. Мы добрались до места, где Джон Ячменное Зерно был самым щедрым… Колосья там были высокие и золотые, спелые, чуть не лопались. На пути нам