Ксенофобы стр. 130
этой причине нули нередко ощущали себя людьми второго сорта, отделенными пропастью от нормальных, тех, кто имел два или три разъема. Возможно, нули поэтому и считали себя ближе к геникам, чем к обычным людям.
Катя внезапно поняла, что вся группа ждет, пока она заговорит, и ей стало слегка не по себе. Армия Конфедерации унаследовала от прежней армии Гегемонии кастовый принцип деления личного состава, и старшие офицеры почти не появлялись в подразделениях младшей ступени, точно так лее, как и пилоты уорстрайдеров не якшались с «хрум-хрумами».
Может, это и было самой большой ошибкой, одной из главных причин их теперешних неудач.
Прямо на полу, у ног того пехотинца, что играл на ментаре, восседал Тэрби. Ей уже было известно, что это именно он вместе с еще четырьмя своими товарищами-гениками уничтожили «Тачи» в Анверсене; она рассчитывала увидеть его и поговорить с ним, поблагодарить его за сделанное… и сказать о том, что улетает. А теперь под этим коллективным взглядом Катя почувствовала себя трусом, чуть ли не дезертиром.
– Прошу простить, что помешала вам, – обратилась она ко всем. – Я просто зашла сказать, что получила приказ о переводе меня. Сожалею, но вы отправиться со мной не сможете. И… и должна сказать, что мне очень не хочется расставаться с вами.
– А куда вас назначили, сэр? – спросил Тэрби. Он уже успел освоить нехитрые премудрости официального обращения к вышестоящему начальству, и вообще речь его за последнее время улучшилась, стала какой-то более… человеческой.
Она покачала головой. Вполне возможно, что большинство из присутствующих здесь скоро подвергнутся допросам агентов спецслужб империалов.
– В другую звездную систему. Это все, что я вам могу сказать.
– А почему это мы не улетаем? – вдруг подал голос какой-то работяга-геник. – Мы ведь с империалами хорошо бились!
– Точно! Чтоб они все… – поддержали его еще несколько голосов, и тут же барак заполнился шумом, криками.
Катя молча дождалась, пока они хоть немного угомонятся. Она мучительно подыскивала правильный ответ.
– У нас слишком мало места, на всех не хватит, и это должны быть люди с тремя разъемами. Только они смогут полететь. И… нам нужны люди, хорошие бойцы, которые будут здесь сражаться с империалами.
– Нужны – значит будут! – раздался возглас, принадлежавший на этот раз кому-то из людей.– Не правда ли, ребятки?
– Как всегда, – подтвердила одна из женщин-геников, бывшая «игрушка».
«Ребятки»? Кате даже показалось, что она чего-то не поняла. Выходило так, что говорящий имел в виду всех здесь присутствующих, включая и геников. Значит, узы воинского братства скрепили их всех. Особые узы, прочные, которые возникают между людьми, которые вместе рисковали жизнью, переживали личные потери, горечь поражения и радость побед.
Геники проверили себя в бою. Их приняли.
– Полковник, у нас здесь столько добрых друзей. – Тэрби словно читал ее мысли. – Мы останемся здесь и будем сражаться с империалами. Спасибо вам… за все и желаю вам удачи.
– Спасибо, Тэрби. – Катя почувствовала, что вот-вот разревется, как девчонка. – И вам всем здесь тоже.
Она повернулась, но, сделав несколько шагов, остановилась. Повернувшись к ним, она сказала:
– Знаешь, Тэрби, то, что вы сегодня сделали, требовало