Ксенофобы стр. 183
случится?
Катя не нашлась, что ему ответить.
– Ладно, Томид. О'кей. Спасибо тебе. Но придется попыхтеть.
– Именно поэтому я и решил остаться, полковник. Внимание! Цель в секторе 259, азимут один-пять!
Последовавший тут же взрыв поднял комья земли высоко в небо.
– Прицеливание! Есть! Огонь!
* * * Я боюсь.Чего?Я не…чем был я.Я больше не человек.Я больше не Я. Одиночество… и любопытство. Кто есть я/мы?Давай отправимся на Пустую поверхность.Зачем?Чтобы… ощущать. Я чувствую здесь вибрации. Сюда доходят удары.…через Скалу. Я чувствую……События.…Согласен. И вкус……чистых металлов и……магнитных полей.Я их чувствую.Интерес. Но Пустая Поверхность – страшное место, чужое, это пустота, не-Скала, совершенная пустота, такое и представить трудно.Пустая Поверхность – моя родина. Родина всех людей. И Империя пришла. Ты чувствуешь их корабли – это как маяки массы и магнетизма, потоков энергии, рассеивающиеся по Пустой Поверхности?Я/мы чувствуем их. Но ведь ты/я не…люди уже. Согласен. Печально… потери… одиночество. Мне нужно……хочу……ощутить……Поверхность……непосредственно. Согласен. Мы идем…Как?Так… * * *Чуджо Кавашима телом пребывал в своем цефлинк-отсеке на борту «Донрю», зависшего на орбите над Гераклом с перигеем в тридцать две тысячи километров. Но соединен он был сейчас с одной из 280-х, управляемой ИИ аэрокосмолета. Это давало ему прекрасную возможность обзора всего театра боевых действий. «Соратака» сгруппировались слева, ветер свистел, рассекаемый короткими крыльями аэрокосмолета.
– Они уже бегут, чуджо-сан, – с гордостью сообщил ему пилот аэрокосмолета.
– Да, на самом деле. Прикажите вашей эскадрилье усилить атаку. Похоже, они собираются оставить половину своих «Шагающих», чтобы задержать наших и дать возможность остальным уйти.
– Так точно, сэр. Что мы атакуем – линию обороны или транспорты?
Кавашима задумался на секунду:
– Транспорты. Если мы сумеем задержать их, не дав уйти в атмосферный завод, то заполучим их всех. С орбиты мы уничтожаем машины сопровождения на гребне горы, ну а потом вводим в бой наши «Шагающие» на земле.
– Так точно, чуджо-сан! Передаю всем ваш приказ…
* * *Дэв выбрался из люка на склоне искусственной горы атмосферного генератора. В отличие от пирамид в Древнем Египте склоны этих гор не состояли из гладких каменных блоков, поверхность их представляла собой кружева штампованного железа и бетонные плиты, связанные металлическими перекладинами в виде трехмерного целого, обеспечивающего поддержку внутреннего оборудования горы и возможность легкого поступления газов в обоих направлениях.
Ветер на этом склоне из металлической решетки был страшенный, но Дэв даже не замечал его. Нага упаковали его в громоздкую, однако достаточно гладкую змееобразную форму, когда тащили через туннель, но согласованность искусственных и природных чувств была настолько совершенной, что Дэв даже не замечал, что находится в змее ксенофобов, он сам был змеей, черной извивающейся змеей, выбравшейся из бесчисленных темных туннелей горы, вырвавшейся наружу в сопровождении тут же взорвавшегося облака нано. Дэв наслаждался своим единством с огромным и широко раскинувшимся мозгом.
Хоть Дэв и не находился сейчас в непосредственном контакте с супраклетками Нага, постоянный взаимообмен данными продолжался через только что изобретенный и изготовленный радиолинк. Построить приемник и передатчик было делом двух секунд, поскольку нанотехнические фрагменты соединялись в соответствии со структурой, уже поглощенной Нага, но предварительно в точности зафиксированной в памяти корпуса «Шагающей» Дэва.
Едва он выбрался на поверхность, как его тут же атаковали радиошумы,