Кто не спрятался стр. 28
галочку, что уже начал работу с ранее судимыми.
В небольшом помещении домоуправления было не повернуться. Люди сидели на стульях, стояли в проходах и вдоль стен. Стояли и в дверях, заглядывая друг другу через головы, и я сперва очень удивился такой общественной активности пайщиков. Тем более что невидимый мне оратор бубнил что-то о смете на починку крыши и об озеленении, причем бубнил как-то уж совсем невыразительно, без всякого вдохновения. Я потихоньку стал пробираться вперед. Пайщики пропускали меня нечувствительно, даже не оборачиваясь, взгляды их были устремлены на президиум.
За столом, крытым синим сукном, сидели двое - средних лет молодящаяся женщина, вся обложенная бумагами, в которых она что-то быстро помечала, вычеркивала, а затем перекладывала их судорожно с места на место, и пожилой светский лев, седогривый, со скучающим лицом. Третий, тонкошеий, тот, что бубнил, стоял перед столом с папочкой в одной руке, другой - придерживая постоянно сползающие на нос очки.
- Таким образом, - монотонно бормотал он, глядя в папочку, и слова падали, как дождик по жестяной кровле, - в подотчетном году наши доходы составили семьдесят две тысячи двести пятьдесят шесть рублей восемьдесят четыре копейки, а расходы семьдесят одну тысячу...
Душно было невыносимо. Я увидел, как рядом со мной поднимается со своего стула пожилая дама в кашемировом платке. Лицо ее покраснело, похоже, она была в полуобморочном состоянии. Я галантно подал ей руку, она стала протискиваться к выходу, а я поспешил занять ее место. Рядом со мной сидела очаровательная шатенка лет двадцати пяти. Она повернулась в мою сторону, и я увидел, что ко всему прочему у нее еще и глаза голубые.
- Вам повезло, - окинув меня быстрым взглядом и смешно дернув маленьким носиком, краем губ сообщила шатенка.
- Вы насчет себя? - тихонько поинтересовался я. Она хмыкнула, дав понять, что оценила.
- Насчет себя тоже.
После чего замолчала, но я решил продолжить знакомство.
- Вам тоже повезло.
- Это почему же?
- Еще чуть-чуть, и вашу соседку хватил бы удар.
- Было бы весьма печально, - заметила она саркастически. - Это моя бабушка. У нас с ней родственный обмен.
Я подавленно замолчал. Но она заговорила сама:
- А вы тоже по квартирному вопросу?
- В некотором роде, - ответил я уклончиво.
- Тогда проголосуйте за меня, когда я скажу.
- Не могу, я не член кооператива.
- Вот как? - полуобернулась она ко мне. - Что же вы тут делаете?
У нее, по-видимому, просто в голове не укладывалось, что кто-то может сидеть в такой духоте и слушать эту нуднятину, не будучи кровно в чем-то заинтересован.
Я уже хотел было честно признаться, зачем я здесь, но тут тонкошеий захлопнул папочку, подхватил на лету очки и произнес, заметно повеселев:
- Таким образом, годовой финансовый отчет нашего кооператива предлагаю утвердить. Кто за?
Молчаливый лес рук.
- Кто против? Кто воздержался? Единогласно. Тогда можно переходить к следующему вопросу - жилищному. И тут я с удовольствием передаю слово нашему уважаемому председателю Елизару Петровичу!
Он закончил на такой бравурной ноте, что казалось, сейчас вот-вот сами собой грянут аплодисменты. Но аплодисменты не грянули. Вместо них прошла по рядам легкая рябь, как