Библиотека

Кто твой враг стр. 113

Размер шрифта
-
+
Тема

он ежедневно играл в гандбол, делал по утрам зарядку и регулярно ходил в бассейн, у него намечался живот. Он был добрый. Никогда не упоминал об Эрнсте, разве только она сама заводила о нем разговор. В сущности, он был мальчишка. Обожал, чтобы его хвалили, напрашивался на комплименты. Он был добрый, совершенный мальчишка, но уже одряблел — сказывался возраст.

Раза два она осведомилась о Нормане. Боб не видел Нормана. Никто его не видел.

Салли сидела у окна, смотрела на почерневшие деревья напротив, три-четыре раза подняла взгляд на затянутое пухлыми облаками свинцовое небо, и на глазах ее навернулись слезы. В эти дни она легко плакала ни с того ни с сего. Со слезами Салли боролась фенобарбиталом, джином и спаренными киносеансами.

По улице прошел один из здешних неподобающе юных румяных полицейских. Следом за ним проехал паренек на велосипеде. Трикси, лукавый терьер мисс Лэнгли, волок за собой хозяйку по заляпанному черному тротуару. Они что-то припозднились. «Волонтир» уже двадцать минут как открылся. Салли налила себе еще джина с тоником. Безусловно, думала она, надо было выйти за Нормана. Но между нами всегда стоял бы Эрнст — и этого не избыть. И потом, Норман вел бы себя так безупречно, благородно, сочувственно, что она бы как пить дать спятила. Да, с Норманом, подумала она, я была бы счастлива.

— Эрнст! — неожиданно для себя самой вдруг позвала она.

Так нельзя, подумала Салли. Если я напьюсь к его приходу, он обозлится. Опомнилась, поплелась в ванную, принесла оттуда стакан воды и пузырек снотворных таблеток. Что и говорить, низкий трюк, на такой трюк можно решиться только от отчаяния, но на аборт она не пойдет. Этого ребенка она во что бы то ни стало сохранит. Первую таблетку Салли проглотила с трудом. Закашлялась и запила ее джином. Боб мягкотелый, в сущности, мальчишка, и, когда в восемь — он на редкость пунктуальный — зайдет за ней и обнаружит полупустую бутылку джина, а у ее постели пустой пузырек из-под снотворного, он тут же отомчит ее в больницу, благо она в двух шагах, и ее страдания так его разжалобят, что он разрешит оставить ребенка.

Коварный, гадкий прием — вот что это такое. Но Салли — а она глотала уже третью таблетку — сознавала, что эта мелодраматическая ложь, эта «попытка самоубийства», как окрестит ее Боб, подействует на него сильнее слез и уговоров, так она спасет жизнь своего нерожденного ребенка. И Салли проглотила еще одну таблетку.

III

У Ландисов вошло в привычку перед сбором гостей расслабиться, выпить мартини, так что чуть позже Боб присоединился к жене.

Зельда Ландис, поджарая брюнетка, выглядела старше своих тридцати девяти. Строгое черное платье, впивающиеся в уши бриллиантовые серьги, даже черные лодочки — все сообщало ее облику особую суровость. Она присела отдохнуть. Бутербродики, закуски, колбаски уже лежали под салфетками на кухонном столе. Для мужа и себя она приготовила холодный обед — подкрепиться перед приходом гостей. Зельда умела принимать гостей, однако создавалось впечатление, что делает она это из последних сил и сил ее хватит лишь на один вечер. Возникало опасение, что после ухода последнего гостя Зельда распадется на части. Боб неукоснительно собирал ее. Но всякий раз, точно осколок

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.