Кумир в черном стр. 18
— Что пишешь?
— Незнакомые слова. Когда мы приедем, я пойду в библиотеку… Ты знаешь, что в Хогвартсе одна из самых лучших библиотек магической Британии?
— Одна из лучших публичных библиотек.
— А… ну да, есть частные. Хочешь сказать, что они лучше?
Гарри даже позавидовал — так выразить недоверие интонацией надо уметь.
— Смотря для чего и для кого.
Удивленные карие глаза смотрели внимательно, а мисс Грейнджер в кои-то веки молча ждала ответа.
— Некоторые семьи волшебников возникли почти в те же времена, что и Хогвартс. Некоторые кланы, например, шотландские, веками накапливали знания и не чурались учиться у завоеванных и применять все, что награ… завоевали. Если тебе нужна ритуалистика, надо смотреть библиотеки Темных семей. Если зельеварение… то в Англии лучшие подборки у профессоров Снейпа и Слизнорта. А, еще у Краучей, у них хранится бо́льшая часть библиотеки Виндиктуса Виридиана.
— У тебя его книга?
— Да, это был выдающийся чародей.
— Я читала о нем в Истории Хогвартса! Он был директором!
— А еще он создал более двух десятков зелий, множество проклятий и контрпроклятий, написал пять книг, но прославился как раз благодаря вот этой, — Гарри похлопал по фолианту.
— Думаешь, нам в школе пригодится защита от проклятий? — удивилась мисс Грейнджер.
— А вдруг я кому-нибудь не понравлюсь?
— И что? Разве… Разве так можно?
— Ты же читала Историю Хогвартса…
— Но сейчас же совсем другое время!
— Это у магглов другое время, — вздохнул Гарри.
— То есть?
— Магглами волшебники называют всех, кто не способен к волшебству и не чувствует его. В волшебном мире все идет много, много медленнее. Неужели тебя ничего не удивило, пока вы готовились к школе? Перья, пергаменты, школьные принадлежности, мантии, да паровоз, в конце концов! Па-ро-воз!
Губы мисс Грейнджер образовали аккуратный правильный кружочек, но ненадолго.
— И как ты думаешь, какое тут примерно время? Ой… ты вообще историю… как?
— Да я учился как и все, в такой же школе. Конечно, знаю. Примерно начало девятнадцатого.
— А ты… родился в волшебной семье?
— Да. Вот только мои родители погибли и я рос у родственников-магглов.
— О. Сочувствую. Прости, но откуда ты так хорошо тогда знаешь все про волшебный мир?
— Да ты что, Гермиона, — Гарри так удивился, что назвал девочку по имени, хотя старался этого пока избегать. — Какое все! Тут столько всего, иногда так запутано! Надеюсь хотя бы к окончанию школы разобраться.
— Да?.. А как же… Я думала…
— Что? — с искренним интересом спросил Гарри.
— Э… нет, ничего. Наверное, я не смогу быть отличницей, — на карие глаза соседки навернулись слезы. — Я же ничего, оказывается, не знаю… Хотя я прочитала все-все учебники!
— Значит, отличницей ты все-таки будешь. Ведь спрашивать нас будут по учебникам, так?
— Эм… Спасибо, Гарри. Ты… правда так думаешь?
— Ну, еще по лекциям, но ты, наверное, умеешь быстро записывать?
— Я очень хорошо запоминаю! — Гермиона воодушевилась. — Хочешь, спроси меня. Ты же читал Историю Хогвартса?
— Кто был директором перед… перед Армандо Диппетом?
— Бэзил Фронсак, Когтевран. Он знаменит крылатыми фразами и открытием нового вида щитовых чар!
— А еще чарами необнаружения.
— А это откуда?
— Из книг, конечно. У моего учителя хорошая библиотека.
— Лучше Хогвартса?
— Он там… — Гарри осекся, поняв, что едва не разболтал тайну случайной попутчице, и быстро поправился: — Он там часто бывает. И конечно,