Купидон со сбитым прицелом стр. 87
этот взгляд, и вдруг он начал говорить таким тоном и голосом, что для Яны открылся совсем с другой стороны:
– Молчать, сопляк! Ты с кем разговариваешь?! Вы со своими частными охранными законами уже достали! Вы находитесь на территории Российской Федерации и не можете не подчиняться законным представителям власти! – Василий достал из кармана удостоверение и чуть ли не ткнул им в лицо охраннику. – Старший следователь прокуратуры Лебедев Василий Николаевич. Все понятно? И у меня здесь немедленно возникли дела. Так о каких пропусках речь, сынок? Да по одному моему звонку приедут ребята и камня на камне здесь не оставят. А ты никогда не будешь работать охранником, потому что не пройдешь по состоянию здоровья после того, как я лично вот этими руками отобью тебе почки. Не видишь, в каком мы виде? С задания, из-под бандитских пуль, а ты мне лапшу на уши вешаешь!
Для пущей убедительности Лебедев показал кобуру с пистолетом, но вовремя вспомнил, что патронов там не осталось, он все спустил на кладбище, а новые еще не получил.
– Хорошо, хорошо, не кипятитесь, я сейчас приглашу заведующего. Подождите только пять минут, я не хочу лишиться работы.
Парень даже побледнел, и от испуга в его лице появилась человечность. Ведь теперь вопрос касался его заработка.
– Пять минут, – постучал по часам Лебедев, пронизывая охранника стальным взглядом.
Парень испарился, а Яна с уважением посмотрела на следователя:
– А я и не знала…
– Что? Чего ты не знала? – передернул он плечами и поморщился от боли.
– Что ты можешь быть таким…
– Каким?
– Прекрати! Все ты прекрасно понимаешь! Какой ты сейчас был… Ух! Брутальный мужчина! Со мной ты никогда так не разговаривал! – искренне восхищалась Яна.
– А ты думала, что я – валенок?
– Типа того… Прости, ошибалась.
– Надо было брать тебя на задания, чтобы ты видела меня в действии? Тогда бы ты влюбилась в меня и бросила своего заморского принца? – пошевелил бровями следователь.
– Эх, Вася, командный голос и умение помахать кулаками – еще не все, что мне нужно.
– А что тебе нужно, Цветкова?
– То, что не подвластно научному объяснению. Что-то они плетут о гормонах радости, но это все – чушь! Поставь сто мужчин, и ты пройдешь мимо, и никаких гормонов радости не выделится. А посмотришь в глаза одному – и поймешь, что погибаешь, а сил отвести взгляд уже нет. Что? Гормоны выделились. Надо же! Почему именно сейчас? Что случилось?
– Так тебе надо вот так… в «омут с головой»? – спросил Василий. – Обычно это практикует молодежь.
– А ты меня не старь раньше времени! Я молода
душой, да и телом еще ничего. И потом, это мой выбор! Выбор моего характера и психики! Меня надо зажигать, мне надо гореть, а уж чем это достигается… Знаешь, Вася, все мои мужчины были самодостаточны, красивы, с чувством юмора, но главное, они были очень умны. Меня завораживают умные люди, только они способны выбить почву из-под моих ног.
– А я тупой, что ли? – обиделся Василий.
– Заметь, я это не говорила. Меня не тянет к тебе сексуально, понимаешь? Вот нет той искры, того гормона или черт его знает чего еще… Извини, Лебедев, но ты мне как родной брат! – Яна похлопала его по больному