Купол на Кельме стр. 311
хриплым и чрезвычайно торжественным голосом:
– Поздравляю вас, Ирина, – мы на пороге большого открытия!
5– Мы на пороге большого открытия! – твердил Маринов. – Мы нашли факт. Факт – вещь могучая и неодолимая. Факт – это тот рычаг, которым переворачивают научный мир. Снимите шляпу перед величественным фактом.
Волнуясь, Маринов говорил с непривычной напыщенностью, все снова и снова повторяя: «Мы на пороге большого открытия». А Ирине все не верилось. Как-то слишком легко получилось: пришел, увидел, открыл. Она не понимала, что Маринов почти три года вынашивал вопрос, искал, какая местность может разрешить его, ехал, чтобы найти что-то непривычное. Обдумывал заранее: что же он может найти? И вот в результате нашел один из возможных ответов.
– Почему же раньше никто не видел? – усомнилась Ирина.
– Ничего удивительного, – сказал Маринов. – Видит тот, кто смотрит. Находит тот, кто ищет… Геология выросла в горах. Недаром добыча полезных ископаемых называется горным делом. В горах и близ гор складки повсюду. И, пока я сам работал в горах, складчатая теория удовлетворяла меня. Взгляды, созданные в горах, ученые механически перенесли на равнину. А здесь совсем другое. Горы образуются в синклиналях, где земная кора прогибается, где откладываются многокилометровые толщи мягких осадочных пород. А под платформами жесткий, проклеенный гранитом фундамент. Не может он сминаться – он трескается, и отдельные глыбы смещаются вверх или вниз. Получается не складка, а уступ, ступенька. Самое подходящее слово – ступень. Вот она перед нами.
Все получалось толково и последовательно. Равнина не горы. В горах так, на равнине иначе.
Но Ирина сопротивлялась. Она уважала учителей и книги, уважала свои знания, добытые нелегким трудом. Неужели все эти знания так легко опровергнуть? Приехать на место, поглядеть первый попавшийся обрыв и – перечеркнуть учебник? Нет-нет, Ирина несогласна. Все шагают не в ногу, один Маринов в ногу?..
– Этого не может быть! – сказала она.
Маринов пожал плечами:
– Объясните иначе.
Ирина хотела сказать: «Вы ошиблись». Но не решилась, смягчила выражение:
– Это случайный факт.
– Случайности тоже надо объяснить. Если случай не укладывается в теорию, значит, теория неверна.
Ирина лихорадочно подыскивала возражения.
– А нефть? – спросила она. – Здесь имеется нефть и газы. Значит, должны быть резервуары – складки.
– Какие «складки»! – воскликнул Маринов. – Отдельные поднятия, случайные купола.
Но тут же он понял, что в пылу спора сказал глупость. Ирина тоже поняла это. С несвойственной ей язвительностью она подхватила:
– Случайности тоже надо объяснить!
Маринов угрюмо смотрел на немые камни. Так хорошо все получалось: равнина не горы; платформа расколота трещинами; глыбы опускаются, образуют ступени. Волжский вал – ступень. Стройная система складывалась сама собой. Мысль
мчалась по рельсам. И вдруг – барьер. Вдохновение иссякло. Пласты перестали выдавать тайны… В самом деле, как же Маринов забыл про нефть? Он искал новый метод поисков нефти. Плоские ступени для нефти не годятся – нефть встречается в складках. Складок тут нет, а нефть есть. Но нефть встречается в складках! Неразрывное кольцо. Змея, которая кусает свой хвост. Где же искать нефть на равнинах? Зажмурив глаза, тыкать пальцем в карту?
– Такие вопросы не решаются с наскока! – мрачно сказал он. – Завтра придем сюда с теодолитом, составим карту честь честью.
6Но на утро Маринов приказал свернуть лагерь. Вместо того чтобы описывать все по