Лед-15 стр. 46
своим содержимым станет гвоздем телевизионного шоу. Достав из кармана фонарь, Маршалл направил его на серебристое сооружение.
Снова послышался скрип, на этот раз совсем громкий. Вооруженный фонарем, Маршалл быстро определил, что его издает кусок доски, свободно висевший в трехфутовом пространстве под кубом.
Маршалл нахмурился. «Дрянная работа, — подумал он. — Кому-то достанется на орехи, прежде чем Конти начнет свой спектакль». Впрочем, может быть, половица отвалилась сама и искать виноватого не придется. Деревяшка слегка покачивалась прямо над грязной лужей талой воды…
Но все-таки что-то было не так. И внизу виднелась скорее не лужа, а целое озеро. Озеро, полное кусков грязного льда.
Подойдя ближе, он присел и посветил фонариком в воду, затем, нахмурившись, перевел луч на болтающийся кусок дерева, снова скрипнувший на ветру. Нижний его конец был расколот в щепки. Маршалл медленно повел лучом выше.
В деревянном полу зияла дыра — большая, круглая, с зазубренными краями. А проникший внутрь куба колеблющийся свет показал, что хранилище пусто.
16
Через полчаса база «Фир» уже была на ногах. Маршалл и все остальные ее обитатели сидели на древних складных стульях в оперативном центре на уровне «В», единственном помещении, способном вместить столько народа. Он окинул взглядом собравшихся. Некоторые, например Салли и Экберг, явно выглядели потрясенными, у других же был откровенно заспанный вид. Фортнем, главный оператор, сидел, наклонив голову и то сжимая, то разжимая огромные волосатые кулаки.
Все собрались по просьбе Вольфа, представителя телеканала. «Собственно, — подумал Маршалл, — звучало это скорей не как просьба, а как непреложный приказ».
Эмилио Конти, первым узнавший о произошедшем, поначалу казался просто раздавленным и долго не мог прийти в себя, однако теперь, наблюдая за режиссером, расхаживавшим перед неровным полукругом из сомкнутых стульев, Маршалл видел на его лице совсем другое выражение — неприкрытую ярость.
— Прежде всего, — ронял на ходу Конти, — факты. Примерно между полуночью и пятью утра кто-то вскрыл хранилище и забрал из него наше имущество. — Он и голосом, и резким жестом подчеркнул последнее слово. — Проще говоря, похитил. Обнаружил это присутствующий здесь доктор Маршалл. — Конти посмотрел на Маршалла, и в его черных глазах мелькнула тень подозрения. — Я только что разговаривал с руководством «Терра-Прайм» и «Блэкпул». В данных обстоятельствах у них нет выбора — сегодняшний вечерний прямой эфир отменяется. Вместо него пойдут повтором «Роковые пучины». — Он произнес название фильма с отвращением. — Придется вернуть спонсорам двенадцать миллионов аванса за рекламу — вдобавок к восьми миллионам, затраченным ими на то, чтобы проект вообще стал возможным.
На мгновение остановившись, он яростно уставился на собравшихся, затем снова начал расхаживать туда-сюда.
— Таковы факты. Далее — предположения. Среди нас есть крыса. Кто-то, кому платит конкурирующий телеканал. Или, возможно, кто-то работающий на торговца экзотическими товарами, имеющего связи с музеями или богатыми коллекционерами за границей.
Сидевшая рядом с Маршаллом Пенни Барбур негромко фыркнула.
— Полная чушь, — пробормотала она.
— Чушь? — повернулся к ней Конти. — Подобное уже случалось. Замерзший кот не просто артефакт, а товар.
— Товар? — переспросила Барбур. — О чем вы?
— О товаре, — ответил Вольф.
Представитель телекомпании стоял у дальней стены рядом с сержантом Гонсалесом, скрестив руки; изо рта его торчала пластиковая соломинка.
— О товаре, способном приносить прибыль. Являющемся не однодневной диковиной, но ресурсом, который можно эксплуатировать до бесконечности. Возить