Лед-15 стр. 67
людям порой свойственны неконтролируемые вспышки ярости. Подобные повреждения вполне можно нанести подходящим оружием. — Он повернулся к Маршаллу. — Разве нет?
Маршалл снова оглядел тело.
— Рана в груди шириной сантиметров десять, глубиной почти в восемь. Чтобы нанести ее, требуется чудовищная сила.
— Например, сила белого медведя, — сказал Гонсалес.
— Честно говоря, мне даже кажется, что на такое вряд ли способен и белый медведь, — ответил Маршалл.
— Зато вполне способен убийца, — сказал Вольф. — Если у него достаточно времени.
— Как тогда насчет этого?
Маршалл приподнял зондом левую ногу мертвеца у колена. Та свободно повисла под неестественным углом.
— Ступня почти полностью откушена, болтается на нескольких сухожилиях.
— Имитация следов укусов, — ответил Вольф. — Чтобы вызвать страх и тревогу.
— С какой целью? — спросил Салли.
— Чтобы любопытствующие держались подальше от того места, где прячут кота.
Маршалл вздохнул.
— То есть вы хотите сказать, что тот, кто похитил кота, готов убивать, причем самым диким и невообразимым образом… и все ради того, чтобы защитить свою добычу?
— Он ведь решился прилететь сюда, притвориться одним из нас, — возразил Вольф. — Потратил время и деньги, пошел на невероятный риск. Почему бы и нет?
Маршалл задумчиво посмотрел на него.
— Не понимаю, почему вы отказываетесь принять куда более простое и разумное объяснение, что Питерс случайно наткнулся на хозяина тундры и в результате погиб. Белые медведи — свирепые хищники, известные убийцы людей. Почему вы в это не верите?
Глаза Вольфа вспыхнули.
— Доктор Маршалл, если уж разговор зашел о простом и разумном, то я не могу принять вашу версию по одной очень простой и очень разумной причине. Если нет никакого вора, если Питерса задрал белый медведь, то куда делся кот? И почему он исчез?
25
Во время дискуссии, завязавшейся в лазарете, Конти не произнес ни слова, предпочитая держать свое мнение при себе. Когда все разошлись, он задержался на какое-то время, глядя, как сержант Гонсалес и вернувшийся рядовой Филипс тщательно заворачивают тело Питерса в пластик. Из их разговоров он смог понять, что труп, может быть, не прямо сейчас, но через какое-то время будет упрятан в пустующий холодильник для мяса, располагавшийся в том же южном крыле. Приняв эту информацию к сведению и погрузившись в раздумья, он направился к центральному сектору базы.
Дойдя до вестибюля, режиссер увидел Фортнема с Туссеном, шедших ему навстречу.
— Эмилио, — сказал Фортнем, — прошел слушок, что ты хочешь нас видеть?
Конти быстро огляделся вокруг. Вестибюль был пуст, как и конторка, где обычно нес вахту охранник.
— У меня есть для вас кое-какая работа, — понизив голос, сказал он. — Нужно отснять специальный материал.
Оба кивнули.
— Считайте, что это секретный проект. Неожиданные фрагменты, которые я намереваюсь вставить в фильм для дополнительного эффекта. Никого больше не привлекайте. И никто не должен об этом знать — ни Кари, ни Вольф.
Операторы переглянулись, затем снова кивнули, на этот раз чуть с задержкой.
— Слышали новости?
— Какие новости? — спросил Фортнем.
— Джош Питерс погиб.
— Джош? — хором переспросили оба.
— Как? — спросил Туссен.
— Ученые считают, что он угодил в лапы белому медведю, поскольку это случилось снаружи. Вольф же полагает, что его убил тот, кто похитил кота.
— Господи, — побледнел Фортнем.
— Да. И мы должны сделать на этом капитал, пока есть возможность.
Оба оператора тупо воззрились на